«Ноты были мелкими и истрёпанными. Ещё чуть — и сброшюрованный самиздат. Были у меня такие, папа из вещдоков ненужных, бросовых приносил. Армстронг, Фитцджеральд.. В «голодные» времена. Эти — напечатанные на тонкой бумажке, с никакой обложкой и скрепленные по корешку «до первого ветра». Не были бы так нужны — если бы были. Там, в этих закорючках таилась и пряталась «классная» идея. Я выторговала раритет у знакомого, он долго ломался, назначил цену и не смутился. Я сказала: «Оу! Высоко себя несёшь, расплескать не боишься?..» И заплатила.
Разучивала пять дней. Пальцы стёрла, «до рубашки». Но — разбуди на рассвете, сыграю вслепую. А так и требовалось. Впьяную, в любом градусе.
Я не люблю праздники — и я их люблю. Люблю, когда приглашают «на всё готовое» и сдувают пылинки. Не люблю, когда надо готовить самой. Ответственность, пот до колена, ошарашенный взгляд. Без поволоки!
В сей раз, обещалось комфортно. Небольшие — малюююсенькие — хлопоты. В основном, на себя, прекрасную. И совсем «пер