«Даже, если бы гром разразился прямо над моей макушкой. И туча осыпала меня тоннами конфетти. Я бы так не удивилась
Она появилась пред моим взором, как появляется прыщ на румяной щеке, давний любовник на годовщине свадьбы, сосед за давно забытым долгом.. Короче, некстати весьма!
Я и оторопеть не успела, а она уже спрашивала — как я поживаю. «Как я поживаю. Как поживаю?. Сказал бы мне кто — как! . я поживаю. Блиин.. Заманает она меня.. бежать..», — но тем и хороши внезапные появления. Не скроешься! Она удобно расположилась перед экраном — я, прям, видела это внутренним взором. И приготовилась к «исповеди», на крайняк, к похвальбе. Мне бы, канешна, приятнее было бы похвастать. Но чем!..
И мы пошли «другим путём»! Я сама завалила её вопросами. Вот так! Как Суворов. Лучшая оборона — это нападение. Зная прекрасно её стиль допроса, опередила и поступила ровно "таким макаровым". Потребовала — ату, не забалуешь! — фотографии, видосы и отчёты по годам. Не виделись мы лет пятнадцать. У нимфеток — целая жизнь!
Она сменила позу, возле ноута. Поскряжничала, поломалась — и выдала искомое. Сама, дети, мужья, свекрови, внуки, сватьи.. — у меня рябило в глазах, от обилия родственников. А ещё и объяснения прилагались. Этот — первый, тот — второй. Эта толстая тётка — сестрица второго. Эта почтенная бабушка — мать первого. Люди! Разве может обычный человек выдержать столько связей, говорливых голов и любопытных ушей! Я — урождённая «фон Мекк»! — увязла в начальной десятке. И увяла. Пыталась сменить тему — да, где уж!..
Шла сороковая минута он-лайн общения. Мне хотелось есть, плакать и пи-пи. Мысль — гениальная и простая — вошла в голову. И я возблагодарила Небеса!
Откашлявшись — будто мне речь метать пред Учредительным собранием — я сообщила в большом привате: «Хочу немножко о себе. Я вот..»
И заткнулась. Как позвонили мне, в дверь или на номер.
Она собралась в метательный ком — я углядела такое через тёмный экран и сотню километров. Слюна во рту мгновенно накопилась и залила глотку. От возбуждения и повышенного аппетита. К моей жизни. Мля!.
Я тихонько — на цыпочках.. — подкралась к двери. Скрипнула, для порядка. Гикнула в коридор: «Милый, ко мне тут Зоя постучала. Мы поболтаем, с часик. Ты себе ужин сам погрей. Ага?!.» Вернулась — под аккомпанемент согласия — к письменному столу. Развернула кресло на колёсиках в сторону окон. Ноги закинула на столешницу. Распустила пояс на халате. И, нагнувшись к ноготкам, стильной кисточкой принялась накрашивать педикюры. Изредка семафоря «про себя».
«..да, были.. Нет, пару раз. Да такая же, ничуть.. не видела, и не хочу!. Сколько, говоришь? Врёт, не верь ей!. Много не бывает.. тебе видней!. Да, таскаются, как и всегда.. мне кажется — хорошо..» И пр. и пр. в том же духе.
Розовый лак давно просох. Интерес удовлетворён и исчерпан. А мне всё думалось — зачем она всё же явилась, раз столько лет молчала?
Она самолично раскрыла «тайну полишинеля». И напрягаться не пришлось. «Мне сказали, что ты уехала. Я решила — и правильно. Что нервы мотать! А недавно сказали, что ты вернулась. Очень приспичило узнать — почему и откуда..» Я посмеялась. Как банально всё и просчитываемо. Можно было б и догадаться!.
«Нет. Тебя обманули..» И всё..»