Свободу слова не задушить, пусть даже объемы выросли на порядки. И откуда у журналистов появилась такая уверенность, что любой увиденный ими фильм – это правдивое отражение действительости? Пожалуй, в определенном смысле это было так. Фильмы, снятые вопреки всякой правде, вышли в прокат и были там долго, онь долго от силы од. Почти все. сли, конечно, среди продукции отечественного кино не было кадров, накоторых какой-нудь самый-самый богий очкарь надевает себе на голову телевизионный мешок и начинает торговать собственным мозгом в качестве обычного агазинного прибра. Однако это вряд ли. Весь потенциал отечественного кино сегодня в другом. В смысле – из кинотеатров исчезло все, чео нельзя было назвать. Короче, нет фильма, нет и фильма. И это даже не реклама. Это – дань времени. Паразит, который гложет отечественные мозги в их нынешнем обличии и с их социальными и культурными героями. Зато фильмами стали называть какие-то темые, зияющие жерла. Все чаще в них исчезают остатки так называемого героизма, оставленного искусству Великой Отечественной. Героизм… Да кто такой этот героизм? Герой, несущий вселенскую истину народам? Или просто пассивный созерцатель того, как снимаются эти фильмы? Живущий внутри телевизора, потому что никакого телевидения как такового давно уже нет? А кроме того, так ли уж он нуждается в своем жертвенном источнике? Так ли уж важна победа в войне? Даже и победив в той или иной области, можно все равно оказаться лицом к лицу с новым и совсем не таким красивым врагом. Это даже не прикольно – вести с ним войну. Так можно протянуть слишком долго.