Преподобный авва Дорофей
Сотворив человека, Бог всеял в него нечто Божественное — некий подобный искре помысл, имеющий в себе и свет и теплоту, — помысл, просвещающий ум и показующий ему, что добро и что зло. Называется сие совестью — и она есть естественный закон. Следуя сему закону — совести, патриархи и все святые, прежде писанного закона, угодили Богу. Но когда люди чрез грехопадение закрыли и попрали совесть, тогда сделался нужен закон писанный, стали нужны святые пророки, нужно сделалось самое пришествие Владыки нашего Иисуса Христа, — чтобы открыть и воздвигнуть ее, — чтоб засыпанную оную искру снова возжечь хранением святых Его заповедей.
Ныне в нашей власти или опять засыпать ее, или дать ей светиться в нас и просвещать нас, если будем повиноваться. Когда совесть наша говорит нам сделать что-либо, а мы пренебрегаем сим, — и когда она снова говорит, а мы не делаем, но продолжаем попирать ее, тогда мы засыпаем ее, — и она не может уже явственно говорить нам от тяготы, лежащей на ней, но, как светильник, сияющий за совестью, начинает показывать нам вещи всё темнее и темнее. Как в воде, помутившейся от многого ила, никто не может узнать лица своего, так и мы, по преступлении, не разумеем, что говорит нам наша совесть, — так что нам кажется, будто ее вовсе нет у нас.
Совесть называется соперником, потому что всегда сопротивляется злой воле нашей и напоминает нам, что мы должны делать, но не делаем, и, если что не должны делать, делаем, осуждает нас. Посему Господь и назвал ее соперником и заповедует нам: Буди увещеваяся с соперником твоим, дондеже еси на пути с ним (ср.: Мф. 5: 25), т.е. в мире сем, как говорит св. Василий Великий.
Будем же хранить нашу совесть, пока находимся в мире сем, не допустим, чтоб она обличала нас в каком-либо деле, не будем попирать ее ни в чем, хотя бы то было самое малое. Знайте, что от пренебрежения сего малого и в сущности ничтожного мы переходим к пренебрежению и великого. Если кто начнет говорить: «что за важность, если я съем эту безделицу? что за важность, если я посмотрю на ту или на эту вещь?», то от этого: «что за важность в том, что за важность в другом» — впадает он в злой навык и начнет пренебрегать великим и важным и попирать свою совесть; а таким образом закосневая во зле, будет он в опасности прийти и в совершенное нечувствие.
Совесть хранить должно и в отношении к Богу, и в отношении к ближнему, и в отношении к вещам. — В отношении к Богу тот хранит совесть, кто не пренебрегает Его заповедями; и даже в том, чего не видят люди, чего никто не требует от нас, он хранит совесть свою к Богу втайне. — Хранение совести в отношении к ближнему требует, чтоб отнюдь не делать ничего такого, что, как знаем, оскорбляет или соблазняет ближнего, делом или словом, или видом, или взором. — Хранение совести в отношении к вещам состоит в том, чтобы не обращаться худо с какой-либо вещью, не давать ей портиться и не бросать ее без нужды. — Во всех этих отношениях должно хранить совесть свою чистою и незапятнанною, чтоб не попасть в беду, от которой Сам Господь предостерегает нас (см.: Мф. 5: 26).
Источник: Добротолюбие: в русском переводе: [в 5 т.]. — Изд. 4-е. — Москва: Изд-во Сретенского монастыря, 2010.