Найти в Дзене

Все трое вошли в класс растроганные и счастливые. После уроков Васек бежал домой, размахивая сумкой и толкая прохожих.

— Молодец! Когда Сергей Николаевич вышел, в классе поднялся шум. Русаков бросился к Мазину и, забыв утреннюю размолвку, обнял его: — Здорово, Колька! Ребята тоже радовались: — Вот так жирняк! — Повезло тебе! — Держись крепче за Трубачева! — Привяжи к себе веревочкой! — добродушно острили они. Толстые щеки Мазина лоснились и набегали на нижние веки, щелочки карих глаз лениво и ласково глядели на ребят. — А насчет мачехи твоей я подумаю, — улучив минуту, ни с того ни с сего шепнул он Русакову. Саша и Одинцов поздравляли Трубачева. — Здорово подогнал его! А я боялся — у меня прямо в ушах зазвенело, когда Сергей Николаевич вас обоих вызвал, — сказал Саша. — А Русаков-то? Вот кто вертелся, как карась на сковороде! — Верный товарищ! Преданный, как собака! — восхищенно сказал Саша. — Такой — на всю жизнь! — А мы трое? Не на всю жизнь? — ревниво спросил Одинцов. Васек вспомнил морозный вечер и огромную желтую луну над снежным прудом. — Я за нас троих головой ручаюсь! — Я тоже, — тихо сказал Од

— Молодец!

Когда Сергей Николаевич вышел, в классе поднялся шум.

Русаков бросился к Мазину и, забыв утреннюю размолвку, обнял его:

— Здорово, Колька!

Ребята тоже радовались:

— Вот так жирняк!

— Повезло тебе!

— Держись крепче за Трубачева!

— Привяжи к себе веревочкой! — добродушно острили они.

Толстые щеки Мазина лоснились и набегали на нижние веки, щелочки карих глаз лениво и ласково глядели на ребят.

— А насчет мачехи твоей я подумаю, — улучив минуту, ни с того ни с сего шепнул он Русакову.

Саша и Одинцов поздравляли Трубачева.

— Здорово подогнал его! А я боялся — у меня прямо в ушах зазвенело, когда Сергей Николаевич вас обоих вызвал, — сказал Саша.

— А Русаков-то? Вот кто вертелся, как карась на сковороде!

— Верный товарищ! Преданный, как собака! — восхищенно сказал Саша. — Такой — на всю жизнь!

— А мы трое? Не на всю жизнь? — ревниво спросил Одинцов.

Васек вспомнил морозный вечер и огромную желтую луну над снежным прудом.

— Я за нас троих головой ручаюсь!

— Я тоже, — тихо сказал Одинцов.

— А обо мне и говорить нечего! — радостно улыбнулся Саша.