Увидел сегодня мужика на "Каме". Велосипед такой раньше был, еще при СССР. Вокруг снег, а он шпарит себе по дороге на красной "Каме". И, знаете, заело так. Ностальгия проснулась. Вспомнилось безоблачное детство.
Не помню, каким был мой трехколесный велосипед - мал тогда был, а первый такой, с взрослым дизайном, был "Левушка". Оранжевого цвета. С двумя опорными колесиками сзади. Был у него мощный недостаток - педали крутились всегда, когда крутилось заднее колесо, то есть невозможно разогнаться и просто катиться дальше, отдыхая. Кстати, машина оказалась очень крепкая - его потом увезли в деревню к бабушке, а затем, когда я вырос, отдали соседям. Я ту степь в крайний раз ездил лет десять назад, но был несказанно удивлен, когда увидел соседских детей... уже детей, а то и внуков тех детей, которым подарили "Левушку" на этом самом велосипеде! Несомненное преимущество для проселочных дорог - шины него не пневматические, а цельные, резиновые. То есть гвозди "Левушке" не страшны!
Потом был зеленый "Олимпик". Уже более прогрессивная модель, так же с двумя опорными катками сзади, но с пневматическими шинами и звонком. Таким, что вешался на руль и постоянно заедал, когда чуть поржавел. И тросовыми тормозами на оба колеса! Несколько раз едва не кувыркнулся, тормозя только передним тормозом.
У "Олимпика" очень скоро сняли два задних колесика и я гонял на нем, совсем как взрослый. Это было еще советское время, машин на улицах и во дворе - по пальцам пересчитать. Попасть ребенку на велосипеде во дворе под машину - это была фантастика!
"Олимпик" оказался менее прочным, чем "Левушка". Его тоже сплавили в деревню, где, первым делом, на кочках грунтовки, сломалась сидушка, а затем треснула рама. Помню, что заваривали его несколько раз, но хватало не налолго.
Следующим моим велосипедом был "Школьник". Этот уже вообще был взрослый! Задний тормоз на педалях, передний - не помню, был или нет, с сумкой для инструментов. Кстати, сумка тоже живучая оказалась - сравнительно недавно видел ее в гараже. Правда, уже без инструментов.
Вот на "Школьнике" я реально гонял! Тормозил в заносе, поднимая пыль. Навешал катафот, как на елку, спицы украсил разноцветными проводами, на ниппели установил "розочки" из винных крышек. Кто не помнит - были такие пластиковые, как стаканчики.
На "Школьнике" я обкатал половину города. Помню, как-то раз в одном неблагополучном районе старшаки пытались у меня отжать велосипед, пришлось конкретно поднажать. Как я вспомню, что я выделывал на этом велосипеде - страшно становится. Ободранные коленки и локти - вообще привычное дело было. Чудо, что живой остался.
"Школьника" сплавили туда же - в деревню.
Затем родители купили мне "Уралец", но с ним дело не задалось. У него была слишком высокая рама и я не дотягивался до педалей. В итоге его продали за двадцать пять рублей.
Да и не об "Уральце" я мечтал. А о "Каме". Все крутые пацаны нашего двора рассекали на "Камах". И сам велосипед, низкий, с задранным рулем и поднятой до предела сидушкой, казался неимоверно крутым. Просто мечтой! И особенно крутыми казались барашки для регулировки руля и сиденья. И еще один - на раме. Вот это был велик!
Все "Камы", что я видел, были красные. Или морковного цвета. И от этого казались еще быстрее. Потому что красный - это как Ferrari, которые мы видели на вкладышах от Turbo, а Ferrari - машина быстрая. И, понятно и ежу, оттого она и быстрая, что красная.
И этот день настал! Родители купили мне "Каму"! Я был счастлив минут десять, пока не отправился покататься на ней. Ох, тяжелая оказалась "Кама"! Кто бы мог подумать, что в ней столько веса! Пока из подъезда спустишь - уже все, накатался. В общем, все оказалось не настолько круто, как я себе представлял.
Куда делась "Кама" - вообще не помню. Но помню, что после "Камы" я пересел на дедов "ИЖ-Юпитер 2", стоявший в гараже без дела. Снял с него люльку и гонял по ночному городу. Без шлема, без прав. ГАИшники, конечно, видели, что мотоциклисту явно нет шестнадцати лет, но даже не пытались остановить.
Это были уже девяностые, мотобатов, как в Москве, у нас не было. А уйти от машины узкими тропами, которые я знал в родном районе, как свои пять пальцев - плевое дело.