«Богатые люди любят арт-нуво. Решётки с флористическими мотивами, лестницы витые и многосложные, причудливая живопись, оригинальные цвета, архитектурные излишества.. Им кажется, наверное, что это - стильно и красиво. Может быть..
Арт-нуво - последний взмах крыла свободного, незамутнённого «мамоной», творчества. Словно, беспокойная переломная эпоха набрала - не понимая пока, зачем - горячего предвоенного воздуха в лёгкие. И выдохнула с наслаждением..
По мне, лучшее это - итальянское кантри. Простое, незамысловатое, с биографией. Ничего лишнего, всё обыденное, для дела. А дело - это, в том числе, красота.
Оно похоже на «чайна-таун» с его переделками, пристройками.. К нужному через век добавляется ещё - снова - нужное. Потом, спустя полстолетие - вновь нужное. Кубики и параллелепипеды, обомшелые, неброско жёлто-горчичные, с черепичной рябенькой крышей. Террасы, патио, «крепостные» стены. Жилище для всего рода - от помнимого «-цатого колена». Со своими покойниками, призраками, тайнами.. История, перемежаемая кустами шиповника, огромными чанами керамическими, с чётко стриженными «бонсаем», вечнозелёными. И ровными рядами виноградника вдали..
Чужие мужчины трогают нас руками, касаются телом. Дышат в затылок, любуются оголёнными плечами. Мы смотрим на это равнодушно, нам всё равно. Они - арт-нуво в нашей жизни. Слишком навороченные, слишком затейливые. Всего - слишком!. И - как стон обречённого!
И задыхаемся, заходимся в молчаливом плаче - от невозможности приблизиться - если видим мужчин своих. С ясностью и привередливостью многовекового - как если бы итальянского - уклада. Где каждая выщербина и скол - напоминание общих обид и невзгод. А корявая олива в саду - лишь отзвук пережитого когда-то вместе.. В них - вечность!
Отношения - не звук, осязание и запах. А архитектура. И она либо твоя, либо - из энциклопедии искусств..»