Я собирал отчёт и был полностью погружён в статистические данные. Но громкий крик заставил меня отвлечься.
— Молодой человек, хватит орать! — строго сказал я своему старшему сыну Стёпе.
— Где мой жирафёся?
— Кто? — недоуменно спросил я. Мозг пытался переключиться от чисел к буквам. Но слово не хотело проявляться.
А ребёнок очень внимательно следил за моим взглядом.
— Ты его взял! — вопрос походил на утверждение.
— Кого его?
— Жирафюсю!
Новое слово было похоже на первое, но всё равно не давало понятия о том, что это такое.
— Оно там, где ты его положил, — я решил, что с меня хватит безумия.
— Его там нет, — чуть не плача сказал Стёпа. — Это Мишка его взял!
Я позвал младшего. И задал ему вопрос. Он покачал головой.
— Отдай мне ёсю, — крикнул Стёпа.
— Ты брал ёсю?
— Нет, — пожалуй, это одно из немногих слов, которые Миша в свои два года хорошо выговаривал.
Дело зашло в тупик.
— Так, где оно лежало?
— Не оно, а он.
— Да по… Почему?
— Жираф — это он.
Я провёл ладонью по лицу. Полуметровый жираф Йося был любимой игрушкой Стёпы. Но его тяжело спрятать.
— Где ты с ним играл?
— Здесь. Потом. Там. Его нет. Где? А-а-а… — словесный поток перерастал в плач.
Взяв сына за руку, пошли искать жирафа вместе. Но ни в одной комнате пропажи не было. Мы заглянули даже на кухню.
— Значит, потерял, — констатировал я.
— Это Мишка его спрятал, сломал, потерял…
— Но он сказал, что не брал.
— Врёт! Он всё врёт.
Посмотрев на младшего сына, тихо играющего в машинки, я не мог поверить в его виновность. Но жирафа ведь не было.
— Ладно, пойдём, умоешься, потом ещё поищем.
Когда Стёпа вытер лицо, я увидел широкую улыбку. Ребёнок тыкал пальцем на стиральную машину, где «купался» его жираф.
— Ну, что вы там плачете? — спросила вернувшаяся от соседки жена. — Ни на минуту нельзя вас оставить одних.
— Мы Йосю потеряли.
— Я его постирать положила, — мама обняла сына. — Пошли чай пить.
***
***
Спасибо Вам за лайк! ➜ Подписывайтесь на канал!