В тринадцать, помню, начал читать своё,
Не Жан - не сказали что это рано!
Морской загар, вечно терял бельё,
В потемках чужие кухни в поисках крана...
А ночи в чужих лито всегда хороши,
ведь до двацатипяти - нет тебя лучше!
А после... трава начинает расти
на почве из молодости и небосводной грусти...
И как-то не весело, что тебе смотрят в рот,
и где бы ты ни был, ты - боягоявленья праздник...
И от спектаклей на публику больше тебя не прёт,
Хочется в тишь: в заповедник или заказник,
В кухню хрущевки душевных советских времен,
Где в сизом дыму вера в светлое неистребима,
И с водкой спокойно мешается Dom Perignon,
Чтоб выпить за найденного побратима -
Хозяина строк, так созвучных с тобой в ту ночь,
Прочитанных в раваном журнале с названьем "Смена"...
Как жалко, то время так быстро уплыло прочь,
По грязной реке со знакомым названием Сена...