Плохо спал ночью. Зачем-то посмотрел перед сном фильм "Кит" Даррена Аронофски.
Главный герой [ну вы поняли], но он не хвастается, а страдает. Но если бы он страдал только из-за этого! Увы, нет. Это фильм, который разорвал мне сердце, потому что он... про желудок. Герой, которого играет Брендан Фрейзер, страдает из-за сильного ожирения. (Как и сам Фрейзер страдал из-за него). Дело в том, что пищевое поведение — это моя личная проблема. Те, кто видел меня во плоти, могут решить, что я шучу. Но это, к сожалению, не шутка. Я чревоугодник.
Я мог бы назвать себя гурманом, но не хочу врать. Я обжора. И говорю об этом как об одном из смертных грехов. Недавно я перебирал их наедине с собой.
Гнев: да, иногда всё бесит, особенно релоканты, но я быстро о них забываю.
Скупость: я всё покупаю по скидкам, но бедность не порок.
Блуд: да какой уже блуд...
Лень: я не очень трудолюбив, но в работе регулярен.
Гордыня: я русский и мне повезло, так что не грех.
Зависть: к Macbook pro 14 на М1.
Но легко могу переступить через все смертные грехи, кроме одного — чревоугодие. Я испытываю непозволительно высокие чувства по отношению к низкой еде. Нельзя так радоваться фастфуду, сахару и поп-корну. И пицце, которую в финале жрёт герой "Кита".
Но и это не главная проблема героя. И тут вы воскликнете — что же может быть хуже? И [такой], и толстый — есть ли что-то страшней? Да, есть. Это литература. Итак, герой толстый гомосексуальный учитель литературы.
Литература в этом фильме (и в сценарии Сэмюэла Хантера) показана как главный источник катастрофы. Великий роман "Моби Дик" и головы скучающих студентов из зума, которые пишут о нём сочинение. Великий текст, написанный от сердца. И тексты, написанные к концу семестра. А дальше будет сквернословие, простите.
Трагедия литературы в том, что она создаётся людьми, которым не по..., читается теми, кому полупо..., а сочинения пишут те, кому вообще чисто по.... Вот прямо огромный жирный по.... Это и есть трагедия литературы. Поэтому я ненавидел писать сочинения в школе, потому что мне не было всё равно. А надо, чтоб было. Выдавить как гной на лист бумаги мысли Белинского, но не свои собственные. И вот эту трагедию "Кит" показывает во весь рост, как в конце выпрямляет свою огромную тушу учитель Чарли — одинокий как великий кит, как великая книга.
Валерий ПЕЧЕЙКИН