Недалеко от нашего дома старенькая пара, муж с женой, не торопясь, перебирали баню. Сначала раскидали ее всю, потом стали складывать: некоторые бревна меняли местами, подгоняя друг к дружке заново, вместо других, сопревших бревен, рубили новые.
Смотреть, как они работали, было для меня большим удовольствием. Старик Алексей - хороший, умелый плотник. Паз в бревне он выбирал не носком топора, а гнал по черте, вонзая топор до самой середины лезвия – паз получался ровным и главное – глубоким. Есть куда мох набивать, тепло будет в этой бане. Таких мастеров в нашем селе, можно сказать, больше и не осталось.
Его жена Люба стояла тут же с двумя большими корзинами, в которые складывала все щепки, сортируя их на мелкие и крупные. Удивительно: поднимут за день старики баню на два венца и ни одну щепку на землю не уронят! Ну, кто еще так работает?
Мне дозволялось только забрасывать готовое бревно наверх. А еще, когда дед Алексей присаживался отдохнуть, мне можно было сидеть напротив и слушать его рассказы о прошлом. Вернее, не рассказы, а развернутые ответы на мои вопросы.
- Никаких колдунов и знахарей в нашей деревне не было. Старуха моя, она из нашей же деревни, подтвердит. Был, правда, один мужик, к которому все обращались за помощью, но кем он был, не знаю. Его все почему-то дядькой называли.
Заболел, к примеру, зуб у нашего соседа, помаялся он все утро и пошел к дядьке. А тот сидел дома на крылечке, увидел соседа и, даже не выслушав его, сказал с укоризной: «Пошто так долго тянул? Я из-за тебя на сенокос не пошел вовремя! Сижу и жду, когда ты объявишься».
Принес дядька настою, уже приготовленного, заставил выпить, потом трав дал для полоскания, и зубы болеть перестали. У нас у всех в деревне, даже у стариков, зубы хорошо сохранялись.
Доброй души был этот дядька, никак не вспомню его имя, вроде бы Пантелей. Встретит, бывало, он какую бабенку и скажет: «Корову твою нонече в стаде видел – квелая она какая-то. Поди, доиться плоше стала? Угадал? Приду вечером, огляжу ее».
Придет, поможет.
- Люба, ты не помнишь, как звали дядьку из нашей деревни, который лечил всех?
- Дядькой и звали.
- Тоже не знает. Два парня в нашей деревне жили, братья-близнецы, Юрий и Павел. И такие они были неразлучные! Все вместе: в поле на работу, на гулянки, на рыбалку.
Встретил их однажды этот дядька и, смеясь, спросил:
- Как вы, брательники, жениться будете? Вам придется либо одну на двоих женку держать? Согласится ли которая?
- Ой, не знаем, - ответили те, тоже подхохатывая. – Нас, наверное, даже черт не разлучит.
- Черта не надо лишний раз поминать, но думка любопытная, - сказал дядька, перестав улыбаться.
И вот однажды летним вечером возвращалась наша молодежь с гуляния из соседней деревни. Много было парней и девушек, шли не торопясь, песни пели, купаться на нашу речку Маслинку заходили, друг с дружкой заигрывали.
Один из братьев, Юрка, все к Гальке Кудрявой клеился, то приобнимет ее, то которое мягкое место потрогает, а Паша сказал: «Да ну вас!» и пошел быстрее домой по дороге.
Позаигрывал Юра с девкой еще, но без брата у него азарт как бы пропал, да и Галька за излишнюю назойливость его, как следует, за волосы дернула. И пошел ухажер, бросив толпу, догонять своего брата.
Ушел, а утром спохватились, что второй из братьев, Юрка, Галькин дружок, домой не явился. Павел запряг лошадь в телегу и поехал с приятелями брата искать. По следам нашли, что уже перед самой деревней парень почему-то свернул с нужной, хорошо наезженной дороги и пошел в лес, в сторону вырубленных делянок. Судя по следам, быстро шел, даже бежал. И больше того, вот его кепка валялась в колее, дальше пиджак брошенный – всю одежду собрали! Два раза человеческие следы пересекали следы медведя! Зверь гнался за парнем? Жив ли Юрка?
Стегнули лошадь, чтобы быстрее бежала. Выскочили на делянку и сразу увидели: на скатанных в бурт бревнах сидел, сжавшись в комок, совершенно голый Юрик, искусанный комарами, но живой. Он глядел бессмысленными глазами на всех и на все. Его приодели, растормошили и словами и тычками привели в чувство.
- Как ты?! Что случилось?! Куда медведи делись?!
Медведей, оказывается, Юра никаких не встречал и в глаза не видел. Шел он за своим братом, которого все время держал в поле зрения, но никак не мог догнать. Кричал, звал, бегом бежал, а «Павел» шел и шел впереди, не оглядываясь. Вот такая история!
- А раздевался Юрка зачем?
- Он этого не помнил и объяснить не мог.
- Ну, и как дальше братья жили? Нашли себе жен?
- А чего их искать-то было? Все переженились. В нашей деревне, да и в соседних, девок было вволю, одна другой краше. Бери любую и тащи ее в свой полог. Но без баловства! Все честь по чести: сначала сватов засылай, потом и тискай молодую жену в полное удовольствие. Ну, ладно! Ты разверни мне вот это бревно и иди себе с богом. Потом придешь, еще чего подсобишь.
- Погоди! Так это дядька тот черта Юрке подослал?
- А кто его знает? Может, дядька и был сам чертом, - дед Алексей пустил легкий смешок и хитро прищурил один глаз.
(Щеглов Владимир, Николаева Эльвира)