Две недели маяться до весны. Мне приснилось небо, а может, бог. Хочешь, стану птицей, зверьём лесным, прибегу, повою, зароюсь в мох. Расскажу, что вытерпел, что сберёг, по какому праву махнул: привет.
Мы едва заметили Рагнарёк, потому что снова ловили свет, извлекали звук, поджимали хвост, провожали поздние поезда, но сильнее старых великих звёзд нас любила завтрашняя звезда. И она звала, и она вела, и она мешала почуять дно.
Две недели ёжиться до тепла, — улыбнулся мартовский астроном, — мои сказки много кому должны, но и мне должны — не сойти с ума. Помню, жил я в городе. Там слоны убедили город — они дома. Прямо так зови их и величай, да воздастся улице по делам.
Расселились. В слониках пили чай, расставляли мебель, копили хлам. И слонам понравилось отдыхать: горожане зайки, дела просты, в голове чердачная чепуха, под ногами дворники и коты.
Появились дети потом в слонах — каждый смел, задорен и даровит. Фонаря-гуляку фонарь-монах укорял за слишком вечерний вид, за косящий луч, за дурной изгиб. Впрочем, сам он выглядел как пират. А когда под стены пришли враги, то слоны подумали — нам пора. Вострубил верховный шаман: ну всё, как печально кончился выходной. Этот город наш, мы его спасём. Расчехлили бивни, айда за мной. У врагов оружие, корабли. Закидать антеннами? Ты хорош.
Очень плакал маленький слон Шарли. Очень злился сдержанный слон Гаврош.
Повели ушами цари саванн, покрутили хоботом у виска. Утащили худеньких МарьИванн, чтоб никто их больше не отыскал. Тетю Клаву с нижнего этажа. Дядю Петю с рыжим его щенком.
И такой простор впереди лежал, что слонам казалось нести легко черепицу, лифты, громоотвод. Чемпиона мира по домино.
Две недели до, две недели от.
Две недели — вечности не равно.
Потому что правда — почти весна. Если горе, милая, ты смотри: главный бог пришлёт за тобой слона. Обещали старые фонари. У кого-то станет внутри светлей, у кого бессмысленность заживёт. МарьИванна празднует юбилей. Астроном остался сказать, что вот — розовеет небо, поют слоны, океан бормочет, чего ещё. Клава носит шёлковые штаны, угощает местных своим борщом.
Стих: Наталья Захарцева (Резная Свирель)