Лиле не повезло. Даже хуже — вытащила джекпот в розыгрыше злых свекровей.
Вова свою невесту сразу предупредил, что его мама не подарок, но Лиля не ожидала, что все будет настолько плохо. Маргарита Сергеевна всегда была смурная. Ходила, поджав губы, смотрела исподлобья… А если открывала рот, то только для того, чтобы сказать гадость.
Неважно о чем шла речь: о Лилиной готовке, внешности, умении вести хозяйство.
После свадьбы молодым пришлось жить со свекровью. Та, через несколько дней после свадьбы полезла в подпол и навернулась. Перелом лучевой кости. Женщине требовалась помощь по хозяйству: огород, живность в сарае и прочее.
Так началась семейная жизнь: вместо свадебного путешествия к морюшку, постоянные попреки от всем недовольной свекрови.
Через два месяца сняли гипс и Лиля предложила Вове снять отдельное жилье. Любое. Мужчина видел, что жене тяжело с его матерью; постоянный стресс привел к тому, что пара начала ругаться. Но ответственный сын не хотел оставлять маму без присмотра до тех пор, пока та не разработает руку.
Лиля начала по ночам плакать. Муж утешал ее, говорил, что начал подбирать домик. При нем мать держалась молчком, только сверлила невестку злыми глазищами, вот он и считал, что супруга преувеличивает.
Однажды он вернулся раньше времени с работы и тихонько прошел в дом. Летом двери в сени и избу были открыты, только ситцевые занавески не пускали назойливых мух.
Жена и мать готовили ужин. Мужчина замер и прислушался. Свекровь распекала Лилю:
— Что ты такая криворукая? От твоей еды у сына заворот кишок случится. Сама эти помои ешь… Влезла в наш дом, вертишься перед глазами, под ногами путаешься. Глаза б мои тебя вовек не видали…
Вова сделал шаг назад и громко затопал в сенях. Маргарита Сергеевна замолчала, а когда мужчина зашел в кухню, сделала вид, что протирает стол.
На следующий день Вова договорился об аренде пустого домика на соседней улице. Там требовался небольшой ремонт, но лучше неделю потрудиться над обоями и покраской, чем его Лиля будет так мучиться. Вскоре молодые переехали.
Лиля вздохнула. Теперь с работы не страшно возвращаться. А то идешь с работы, как на казнь… Но не тут-то было. Скучно свекрови одной, стала она к ним в гости через день ходить. А еще еду свою приносила, чтобы «сын нормально питался, а не помоями». Хотя Лиля прекрасно готовила. Тут уж Вова собрался с духом и серьезно поговорил с матерью… Сколько же нового он узнал о себе, о Лиле, о своем покойном отце. Столько «добрых» слов выслушал от родительницы. Рассорились в пух и перья.
Начали молодые жить в тишине и согласии, а свекровь ходила по поселку и рассказывала людям, как проклятая невестка сына с матерью врагами сделала.
Годы шли. Лиля с Вовой окончательно выкупили этот дом, а потом и дети пошли. Двое старших — мальчишки, а третьей девочка родилась.
Вова один периодически ходил к матери: дрова колоть, картошку садить-копать. С разными мужскими делами по хозяйству помогал. Лилю и детей туда не пускал. Старшие в школу уже ходили и от соседей наслушались про свою бабулю.
А та начала их подстерегать. Идут мальчишки с уроков, а она уже на дороге. Смотрит угрюмо и ворчит:
— К матери своей криворукой идете? Не потравила она вас? К бабке родной не ходите, все в Лильку проклятую уродились. Нагулянные поди?
Мальчишки обегали старуху стороной, а вечером жаловались родителям. Хоть в другой поселок переезжай.
Через пару лет случилась страшное: у Маргариты Сергеевны началась деменция. За несколько месяцев она превратилась в злобного безумного монстра.
О домах престарелых и инвалидов тогда речь не шла. Вова забрал мать к себе. В семье Лили начался ад. Мебель крушилась, посуда билась, обои обдирались и елись. По нужде свекровь ходила, где приспичит. Страшная болезнь.
Лиля уволилась с работы и ухаживала за своей мучительницей. Детей забрала к себе двоюродная сестра Лили. Чтобы у тех психика не пострадала. Благо сестра жила на соседней улице.
Через полгода Маргарита Сергеевна умерла во сне. Тело забрали в морг. Когда выносили носилки из дома, простыня сползла с лица покойницы. Та смотрела на Лилю одним приоткрытым глазом, а синие губы расплывались в улыбке.
За все годы, что женщина была замужем за Вовой, она ни разу не видела, чтобы свекровь улыбалась.
В день похорон народ шептался у гроба:
— Лыбится бабка, будто праздник у нее…
— Всю жизнь грымзой смотрела, а тут…
Лиля смотрела на доброе мертвое лицо свекрови и думала о том, что снова нужно делать ремонт. И дети домой вернутся.
Читайте на канале: Когда ловили дьявола (часть 1), Души коммуналки