Пока не вспыхнула солома
обиды, день пока остыл, -
как царь Давид Авессалома
оплакал (стало быть, простил) –
прости… Душа – душой ведо́ма,
а Дух – обеим поводырь
в тот край, где пишется Псалтырь
на каменных скрижалях дома.
И не беда, что дом – пустырь,
лишь только б не было погрома
душевного – и в горле кома
от слов «простила» и «простил»…
«Прости…» - единственная дверца
сквозь камень стен, сквозь камень сердца!
20 июня 1997 г.
Оскар Грачёв
Пока не вспыхнула солома
обиды, день пока остыл, -
как царь Давид Авессалома
оплакал (стало быть, простил) –
прости… Душа – душой ведо́ма,
а Дух – обеим поводырь
в тот край, где пишется Псалтырь
на каменных скрижалях дома.
И не беда, что дом – пустырь,
лишь только б не было погрома
душевного – и в горле кома
от слов «простила» и «простил»…
«Прости…» - единственная дверца
сквозь камень стен, сквозь камень сердца!
20 июня 1997 г.
Оскар Грачёв