Помните у Льва Николаевича Толстого пегий мерин Холстомер говорит: «...Люди стремятся в жизни не к тому, чтобы делать то, что они считают хорошим, а к тому, чтобы называть как можно больше вещей своими. Я убежден теперь, что в этом-то и состоит существенное различие людей от нас. И потому... мы... смело можем сказать, что стоим в лестнице живых существ выше, чем люди...»
В той истории, что я кратко готов изложить своему читателю, слова Толстого находят свое несомненное подтверждение.
Французский писатель Марсель Жуандо в книге рассказывает историю лошади своего детства, по кличке Лиза.
"...Она была... рыжая с почти незаметной светлой звездой на лбу...
Часто она возвращалась с пастбища самостоятельно.
Ее ум или сердце позволяли ей отличать нашу улицу и наш дом от всех остальных.
...И я порой слышал ее шаги сквозь сон... Порой я слышу их во сне и сейчас..." ("Мой бестиарий")
Вот как бывает, прекрасное ласковое животное вдруг окажется не нужным, мешающим, раздражающим, хотя у людей есть средства его содержать. Вот взгляните, что было дальше.
Марсель опишет трогательную сцену, когда кобылица Лиза довезет его отца домой, в повозке, без сознания. Как выяснится потом, так Лиза спасла жизнь своему хозяину.
Но жизнь, как хороший рассказ, имеет свою кульминацию.
Дед Марселя, поддавшись вспышке гнева, ударил лошадь вилами, – лошадь не простит старику этого оскорбления и не подпустит его к себе. Отцу Марселя придется отдать Лизу на попечение одному своему другу. "В глазах у него стояли слезы", но ради старика пришлось избавиться от любимого животного.
Отец Марселя потеряет сон и аппетит, навсегда испортит отношения с обидчиком своей лошади...
Он навестит свою Лизу, раз другой, третий, – она будет "спешить ему навстречу", радоваться, фыркать, "обнюхивать его трепещущими ноздрями".
"Без всякой горечи и обид она тыкалась в него мордой, гарцевала и танцевала вокруг него.
<...>
Когда отец уезжал , ее приходилось надолго запирать в стойле; с трудом сдерживая слезы, он слышал как она ржет, – она звала его. Постепенно она стала чахнуть от горя и через некоторое время умерла". ("Мой бестиарий")
Отец Марселя будет вспоминать свою лошадь всю жизнь, утирать слезу и уединяться, утешать его будет только одна мысль, всего одна мысль – он выскажется перед сыном о том, как он рад, что ее страдания прекратились. Еще он скажет, что если встретит ее на том свете, то только в Раю. Но отчего же отдал тогда своего друга, – по сути предал лошадь, а она ему простила предательство.
Искренность и привязанность наших животных запредельна, подняться до высоты их отношения к нам, не каждому дано.
Марсель Жуандо, рассказавший историю Лизы, напишет, что с годами воспоминание о ней тяготит его, и приходит все чаще, как приходило к его отцу, совершившему тот непоправимый жестокий поступок.
Такова расплата за предательство... Нужно просто любить, тогда не придется изобретать себе покаянные рубашки.
Вот что напишет автор книги...
"Одни лишь тени окружают меня, единственного, кто еще способен их увидеть, но уже и сам подобен тени, к которой все ближе подступает небытие". (Марсель Жуандо "Мой бестиарий")
Хотя автор и не совершал того поступка, на который пошел его отец, ему тоже пришлось разделить вину отца, шаги лошади он вдруг услышал...