Меня трясло от возмущения. «Феминистка»! Он обозвал меня феминисткой, даже не оторвавшись от игры в телефоне.
Ссора на пустом месте
– Нет, ты мне скажи, – не унималась я, – женщина что, одна беременеет, без мужчины? Почему же, когда рождается ребенок и становится тяжело, мужчины норовят смыться? Становятся холодны, задерживаются на работе…
– Потому что о предохранении думать надо, если дети в тягость, – все так же, водя по экрану телефона пальцем, ответствовал раздражающе спокойным тоном Генка.
– А, так и о предохранении тоже женщина должна думать? – я аж захлебнулась от возмущения.
– А кто еще-то? – Генка глянул на меня с искренним удивлением.
Я резко ответила мужу.
Муж – мне, и так слово за слово…
– Слушай, я тебе запрещу сидеть на твоих феминистских сайтах, если ты еще раз об этом заговоришь, – муж отвернулся и обиженно засопел.
Дети-то причём?
Я тоже демонстративно фыркнула и уткнулась носом в стену, повернувшись к мужу спиной. Вот и поговорили. Как спать-то теперь? Ненавижу ссориться.
Мы оба знали, почему возникла эта ссора. В последнее время мы часто срывались, затрагивая тему детей и женского одиночества. Нет, у нас была прекрасная семья, трое малышей, мы любили и детей и друг друга. Но у Гены был брат. Так вот этот, с позволения сказать, придурок бросил жену и двух замечательных сыновей. Бросил ради какой-то недалекой «секретутки». Я от всего сердца жалела тихую, хорошенькую Альбину – бывшую жену деверя. А Генка мне все время доказывал, что каждый имеет право на счастье и его брат был волен выбирать между страстью и наскучившей женой. Я не раз ловила себя на мысли, что в этих рассуждениях муж открылся мне с новой, не самой лицеприятной стороны. Грустно.
«Все мужики такие…»
– Ой, нашла из-за чего расстраиваться, – Ольга Петровна шумно отхлебнула кофейный напиток из большой желтой чашки. – Поменьше думай о всякой ерунде.
- Да какая же это ерунда Ольга Петровна? - Я нередко удивлялась невозмутимости, а подчас и жесткости суждений моей новой знакомой.
– Муж одобряет поведение своего брата. Альбина хорошая, спокойная женщина, отличная мать. Она и женой была золотой.
– Хочешь знать мое мнение? Твой муж никогда не бросит тебя, если ты об этом переживаешь. Он типичный «правильно воспитанный мальчик». Даже если будет гулять, ты ничего не узнаешь, а семью он точно не бросит. Я думаю, ты и замуж выходила за него, чувствуя это. А что касается Альбины и её мужа… Так она ему просто наскучила своей праведностью. Не сочти за руководство к действию. Ты пойми, мужчины все одинаковы. Они все изменяют своим женам. Все. Просто знай это и не принимай близко к сердцу.
Да как не принимать-то? После разговора с Ольгой я лишь сильнее укрепилась во мнении, что деверь оказался порядочной сволочью, и я должна быть рядом с Альбиной и ее малышами. Ей нужна поддержка и помощь.
Исповедь тихони
– Спасибо тебе, Свет, – Альбина благодарно посмотрела мне в глаза. – Для меня очень важна твоя поддержка.
Накануне вечером мы долго разговаривали с женой деверя, а сегодня я пришла помочь ей свозить малышей в поликлинику.
Я улыбнулась и пожала худенькую ладошку женщины.
– Мне нужно кое-что сказать тебе, Свет, – Альбина смущенно опустила глаза и засуетилась. – Ты знаешь, ты не вини ни в чем Олега. Я знаю, как ты относишься ко всей это ситуации, но все совсем не так, как видится со стороны. Нет-нет, не спорь. Дай мне сказать, потом я просто могу не решиться. Олег хороший. Он всегда был чудесным мужем и отцом, это я во всем виновата. Понимаешь, еще до появления в моей жизни Олега у меня была любовь…
Альбина говорила долго, плакала, потом вдруг начинала улыбаться и ее глаза светились счастьем, то вдруг снова ее
взгляд был полон боли. Она говорила о своей прошлой любви, о том, как она стала одинока, потеряв ее. Как появился Олег и своей любовью вдохнул жизнь в ее окаменевшее сердце. Как спустя много лет первая любовь снова дала о себе знать. Как Альбина отдалась ей со всей страстью, позабыв о семье, о детях. Как Олег терпел все это, пока Альбина сама не попросила его уйти.
Я слушала, и в моей душе все переворачивалось. Мне было жаль ее. Было жаль Олега. Жаль их детей. Конечно, появившийся в жизни этой хрупкой женщины непутевый хлыщ из прошлого вновь испарился.
– Я сама виновата в своем одиночестве. Сама, понимаешь?
Чувства не ржавеют
– А что я тебе говорил? Не лезь в это дело. Не хочу, чтобы ты общалась с ней, слышишь? – Генка мерил шагами комнату и злился. – Ты не видела Олега, когда все это происходило. На него страшно было смотреть. Зачем ты вообще пошла к ней, к этой… к этой…
Я тихо подошла к мужу и обняла его.
– Ген, я только одно скажу тебе. Будь я на месте Альбины, а ты на месте того хлыща, я бы тоже не смогла устоять. Потому что люблю и всегда буду любить, понимаешь? Есть чувства, которые не ржавеют.
Генка щелкнул меня по носу и крепко прижал к себе.
– Никогда не был сводником, но ведь Олегу плохо без детей, да?
Муж вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула и улыбнулась.