Мне, как автору сильно повезло: я сотрудничал с очень, назову по-старорежимному, крупными поэтами-песенниками, достаточно назвать имена М. Танича, И. Шаферана, П. Хмары, Ю. Ремесника, чтобы вы со мной согласились. Но иногда, когда я решал написать текст песни, ко мне приходили порой очень странные решения при сотворении того или иного песенного текста.
Причём, причуды этого процесса бывали не только со мной. Так мой старинный друган Юрий Валов, проживая на тот момент в Сан-Франциско и, будучи освобождённым от советской цензуры, решил написать текст песни, состоящий исключительно из нецензурных слов. И преуспел в этом занятии, написав и записав песню в свой альбом. Хорошо или плохо это - не мне судить. Приведу текст первого куплета, практически весь «запиканный» в своей заметке. Поймёте ли, не знаю… Все будет зависеть от величины дворовой составляющей в вашем воспитании.
А х...ли, х...ли, х...ли ты п...ишь?
А х…ли, х…ли, х...ли ты ман…ишь?
А х…ли ты? А х…ли я?
Да ни х…я е…на мать!
Впрочем, вот она. Но, внимание! 18+
Предвижу возгласы читателей, которые не знают кто такой Юрий Валов: «Фу, какая пошлятина! Разве можно это слушать?!». Обнулимся и послушаем вот эту знакомую песню… Да-да, поет тот же самый «пошляк» Юра Валов.
Отлегло. Продолжим…
Ну и что? Вполне лингвистическая проблема, которую можно изучать на филологическом факультете. А что я? А я был достаточно законопослушным гражданином и обходился нормативной лексикой при написании всяких «Мозаик» и «Липонек». И вот однажды я решил предложить своей хорошей подружке Лолите Милявской спеть симпатичный (на мой взгляд) рок-н- ролл под названием «Блюз про флюс».
- Мне любопытно , Слава, - сказала Лола,- но добавь чуть-чуть иксов в текст.
И я придумал такой куплет:
Я обниму ногами твой упоительный стан!
Я зацелую страстно твой нереальный тюльпан...
- Знаешь, даже моей дерзости не хватит спеть этот текст! - тактично отказала мне моя несравненная хохотунья и хулиганка госпожа Милявская.
И я уволил все «тюльпаны» из песни, лишив знаменитую формулу сексуальной составляющей. Я часто пою эту песню, но часто чувствую в ней нежелательную пресность.
А вскоре пришла пора очередного эксперимента. Мне запала в душу мысль Михаила Танича, что в тексте песни желательно минимальное использование согласных. Гласные поются лучше, и они не пропадают при произнесении слов в микрофон. И я решил попробовать написать припев очередной своей хард-роковой песни, используя минимальное количество согласных. И у меня получилось: А Я ЕЁ УЁ…
Букву «Б» я убрал из текста, решив, что официальные органы можно обмануть, сказав, что я прославляю условную единицу ($,€).
Но обмануть даже себя не удалось… Я просто испугался спеть придуманный аморальный текст и не отважился облачиться в одёжку Шнура, чтобы сразится с ним на бескрайних просторах эфира. И пою я стыдливо эту строчку как «А я её увёл» и ехидничают, что ж, имеют полное право, надо мной поклонники хард-рока.