Этой фотографии без малого 50 лет. 19 мая 1973 года. Мне, как и двум моим друзьям, 19 лет, и это наш последний вечер на гражданке. Утром нам всем троим предстоит явиться на сборный пункт в военкомат г. Краснодара. А дальше полная неизвестность: в какую географическую точку СССР нас отправят и в какие войска? Будем ли мы служить вместе или нас разбросают по разным воинским частям?.. Ясно только одно - два года придется отдать Родине и ничего с этим не поделаешь.
В те советские времена мало кто пытался увильнуть от службы в армии, как это тогда называлось "откосить". Считалось, что с парнем не все в порядке, если он не служил. В этом было даже неловко признаться. Первым командиром отделения у меня был сын замминистра строительства СССР - единственный сын, которого при желании отец легко мог бы отмазать от армии. Хороший парень, без всякого зазнайства. Я был салажонком, а он уже старик, сержант. Про его отца я узнал только через год, когда мы встретились в Москве.
Два года кажутся нам нереально огромным сроком, но мы еще не до конца понимаем, насколько действительно длинным будет этот срок.
Самое трудное в армии - это пережить первый месяц. Дальше втягиваешься. Привыкаешь ходить в строю; вскакивать с кровати по сигналу "Подъем!"; одеваться и становиться в строй, за те секунды, пока не догорела спичка в пальцах у сержанта.
Последние полгода кажутся самыми длинными, хотя сама служба уже практически мёд. Командиры смотрят сквозь пальцы на твои невинные отступления от устава воинской службы. Старшина разрешает вздремнуть после обеда. А после отбоя можно закрыться изнутри в каптерке и посидеть в хорошей компании таких же стариков, неспешно и с удовольствием распив бутылку-другую портвейна "777".
Мне повезло уйти в армию в один день вместе с моими лучшими друзьями (на фото вверху). С Костей Кондопуло (он слева) мы провели первые полгода в соседних ротах учебной школы младших сержантов в городе Кстова. А с Витей Локтевым (он на снимке справа) мы все два года были вместе: сначала в одном взводе и в одном отделении в учебке, а потом, после распределения, в одной роте воинской части в подмосковном Нахабино. И даже на дембель мы ушли в один день. Вернее, меня уволили в запас на три дня раньше, но я жил в Москве у друга и ждал, пока не отпустят и Локтя, чтобы вместе поехать домой.
Я давно не видел своих гражданско-армейских друзей. С греком Костей Кондопуло мы продолжали дружить и встречаться до середины 90-х годов. Пока он не уехал на ПМЖ в Грецию вместе со всеми своими родственниками. Только его папа долго еще оставался в России, не хотел уезжать, и грустно говорил мне при нашей последней встрече: "Толя, зачем они все уехали? Разве здесь плохо жить?..."
А с кубанским казаком Витей Локтем мы после армии почти не виделись. Когда учились в Краснодарском монтажном техникуме, то были с ним не разлей вода. Жили в одной комнате в общежитии, потом вместе снимали квартиру в Краснодаре. Два года в одной роте в армии. Казалось, дружба навсегда. Но потом разъехались по разным городам, у каждого новая жизнь, новые заботы и новые друзья. Всего однажды пересеклись случайно, на узловой станции "Кавказская". Я ехал из Москвы в Армавир, навестить родителей. Поезд сделал остановку на 20 минут, я вышел на привокзальную площадь, чтобы попить разливного пива. У бочки стоял мой друг Локоть. Небритый, помятый и, как всегда, огромный и сильный. Мы обнялись.
- Как ты, - спросил я, - чем занимаешься?
- Бухаю, - коротко и емко ответил мой друг...
Советского Союза давно нет, как и Советской армии, но День Советской Армии и Военно-Морского Флота остался. Для кого-то он сегодня День Защитника Отечества, но для тех, кто служил в годы СССР, этот праздник так и остается с прежним названием. Так что я сегодня всех моих друзей, кто отдал свои два или три года своей жизни защите Отечества, а также всех офицеров, бывших или настоящих, поздравляю с Днем Советской Армии И Военно-Морского Флота!