Глава 46.
На мгновение Полина содрогнулась от моего предложения.
- Надо, что-то делать, что-то ответить, — остолбенела она, и просто кивнула в ответ, — но эта подлая тошнота, не даёт ей открыть рот.
Она показала рукой, что бы Петя встал с колена и обнял её, но как только она открыла, рот из него хлынул фонтан тошноты.
- Второй, — подумала она, — и снова пиджак.
Теперь я, подхватил, подругу на руки и понёс в ванную комнату.
В ванной комнате я стал раздеваться, Полина же стояла, наблюдая за мной, лишь слегка раскачиваясь из стороны в сторону.
- Чего ждешь? - спросил я, оставшись в одних плавках. – Раздевайся.
- Выйди, пожалуйста, — прошептала она. – Мне нужно перебороть стыд, впервые раздеваясь перед мужчиной.
- Хорошо, — согласился я, покидая ванную. Тут же за мной щёлкнул шпингалет.
- Петя ты ложись, я сейчас прейду, — услышал я расстроенный голос Полины. – Дай мне пять минут. Мне так стыдно.
- Я готов тебя ждать хоть всю жизнь, — ответил я, отправляясь на кухню.
На кухне я умылся, кое-как приведя себя в нормальное состояние, потом отправился в комнату. Расстелил постель, немного подумав, снял плавки и нырнул под одеяло.
Полина, приняла душ, вытираясь полотенцем, встала перед зеркалом и не узнавала своего отражения.
- Да, унылая картина, — прошептала, она, напряжённо разглядывая себя в зеркале. – Эти широкие зрачки и припухшие губы. Это какое-то чужое лицо. Не моё. Почему с такими чертами лица, я выгляжу несчастной и усталой? Наверное, из-за того, что сама себя загнала в ловушку.
Она, приблизила своё лицо вплотную к зеркалу и провела рукой по лицу сверху вниз.
- Ничего не поменялось, — подумала она. – Зачем я себя втиснула в эту ненавистную оправу, где должен находиться настоящий брильянт. Почему мне было нужно всё это пройти таким жестоким и в то же время приятным образом? Теперь, стоя у зеркала, я смотрю сверху вниз на себя. Мне больше неприятно моё злобное лицо, потерявшее былую красоту от своеволия.
- Что же мне делать? – присев на край ванной, спрашивала она себя. – Гулящая, дырявая «девочка».
Она смотрела в свои глаза, отражавшиеся в зеркале, вдруг заметила, что стала улыбаться.
- В самом деле, неплохой загул: два пиджака, постель с тем, с кем нельзя было и в завершение постель с не совсем любимым человеком.
Полина махнула рукой, своему отображению, почистила зубы, проверила наличие булавки на плавках, открыла дверь и шагнула в «пустоту».
Она ступила в полумрак комнаты. Плотные шторы служили щитом дневному свету. Она вошла и остановилась посередине комнаты.
- Я люблю тебя, — услышала она мой голос. – Говорю тебе Полина совершенно серьёзно. А ты что мне ответишь?
Она подошла к кровати и присела, на краешек, безуспешно подыскивая какую-нибудь тактичную фразу.
- Я не хочу замуж, — прошептала она. – По крайней мере, не сейчас.
- Ты меня не любишь?
- Люблю, — одними губами произнесла она.
- Тогда почему?
- Об этом не может быть и речи, — ответила она. – Мои родители…
- Если дело только в них, то я беру их на себя, — предложил я.
- Папа не согласиться, — немного подумав, произнесла она. - Он считает, что я ещё маленькая девочка. А слово отца, последнее время закон в нашей семье. Ты не представляешь, как я устала. От последних пережитых полгода я ели держусь на ногах.
- Где ты, иди ко мне, — прошептал я, протягивая к ней руки.
- Я здесь, — ответила она, протягивая свои ладони.
Как только наши руки соединились, я тут же потянул Полину к себе под одеяло. Она не сопротивлялась, а когда наши тела соприкоснулись, она плотно прижалась ко мне.
- Ты любишь меня?
- Очень, очень сильно, — сознался я.