Утром, едва рассвело, мальчика разбудили бранные слова, доносившиеся со двора:
- Я покажу тебе, гаденыш!
Сначала Валерка испугался, но потом любопытство взяло верх. Он стал потихоньку, мелкими шажками подходить к тому месту, где хорошо был виден его двор.
Дядька сидел на земле, утирая кровь с лица и крыл всех матом, на чем белый свет стоит. На лице мальчика появилась улыбка от того, что этот обидчик получил по заслугам. Спустился в погреб, отломил кусочек батона, взял небольшую пластинку сыра, начал жадно жевать. Чтобы все это запить, надо бежать к колонке, которая находилась прямо напротив их дома. Он не должен пока показываться на глаза этому рассвирепевшему мужчине. Решил подождать, но жажда мучила. Пришлось сделать несколько глоточков из бочки, стоявшей под крышей. Поморщился от тухлого привкуса воды, его чуть не стошнило, сумел остановить позывы рвоты.
Почти до самого обеда он прятался в зарослях лопухов и лебеды. Домой вернулся, когда убедился, что никакой опасности уже нет. Его маленькая душа болела за мамку. Лишь только, когда увидел, что она спит, успокоился.
В памяти промелькнул еще один эпизод из его жизни. Он хорошо помнит, как дядя Паша, друг его отца, привез мамку из роддома, в то время он еще не понимал, что это за дом такой. Сначала обрадовался, что у него есть теперь сестренка, сам придумал ей имя Нюра, в честь своей соседки бабы Нюры. И мамка вроде перестала пить.
Но потом к ней опять зачастили гости, и снова, пошло и поехало. Плач маленькой крохи вначале его вынуждал убегать из дома. Потом он научился успокаивать сестренку: клал ее на железную кровать и прыгал потихоньку до тех пор, пока она не засыпала. Баба Нюра откуда-то узнала и привезла целый мешок одежды для него и для своей тезки. Валерка быстро научился переодевать сестренку и сушить на улице мокрые ее штанишки. Уже потом замачивал все ее белье в тазике, сильно тер ручонками загрязнившиеся места и вывешил на веревку. Вот так он стал ей за мамку и за папку.
Тетя Поля, жена дяди Паши, приносила каждый вечер им банку молока. Теперь Валерка все прятал в погреб бабы Нюры от матери и ее собутыльников. Сам ел все, что оставалось от попоек матери, а Нюру поил молоком. Радости его не было предела, когда она сделала первые шаги. Теперь уже не придется ее постоянно таскать на руках. Нюра, чувствуя заботу и любовь брата, своими еще неуверенными шажками следовала за ним везде. Он первый услышал ее картавые слова. Теперь ему было легче, мальчик знал, что хочет его сестренка.
Через некоторое время родилась и Надя. У Валерки уже был опыт, он легко, без помощи матери с ней справлялся. Верка, как и после рождения Нюры, вроде как взялась за ум. Перестала пить, устроилась на работу на ферму телятницей. Валерка, как единственный мужчина в доме, все взял на себя: смотрел за сестренками, топил печку. Собирался в школу, ведь ему уже семь лет, он совсем взрослый. Приходилось пьяных дядек выгонять из дома, чтобы мамка опять не запила.
Но только Вера решила его не отдавать в первый класс, не на кого оставлять девочек. Мальчик радовался, что мамка каждый вечер с ними. Он теперь уже не голодал, почти каждый день на столе были пирожки, суп, макароны. Ну и житуха у него началась, даже было время поиграть с друзьями в футбол.
Но такая жизнь скоро кончилась. Мамка привела в дом дядю Васю, местного конюха. Не понравился он мальчику, постоянно замахивался на ребенка рукой, ругался. Валерке лучше было знать, что и как делать, он давно уже обходился без посторонней помощи. А этот мужчина все делал не так, даже печку неправильно затапливал. Надо сначала бумажки, а поверх них дрова, и только потом поджигать, а дядя Вася лил солярку на дрова, все моментально вспыхивало, а мальчик очень боялся огня. Он еще не забыл, как горел матрас на кровати, на который бросил свой окурок мамкин собутыльник.
Ревновал свою мать к этому мужчине, потому что она теперь не Валерку и дочек прижимала к своей груди, а его. Надо было любыми путями избавиться от дяди Васи.
Однажды вроде нечаянно пролил воду на его обувь, за это получил от матери подзатыльник. Потом ножом сделал несколько дырок на его брюках, которые дядя Вася не заметил. Лишь когда начал подниматься в седло, его штаны поползли по швам, и мужики его подняли на смех, он понял, чья это работа. Ему бы задуматься, как наладить отношения с сыном его сожительницы, а он пришел и оттаскал мальчишку за ухо.
Валерка убежал в пустующий дом бабы Нюры, он давно уже научился вытаскивать одну дощечку в двери, и спрятался там. Жалко ему сестренок, но домой он больше не вернется.
Всю ночь не спала Верка, все ждала, когда вернется ее сын. Только утром отыскала его в соседском доме, спавшего на кровати, укрытого старыми одеялами. Валерка не девчонка, жаловаться не стал, только крикнул:
- Пока Васька живет у нас, я не вернусь.
Женщине казалось, что она уговорила мальчика. Но как только они дошли до забора, он развернулся и убежал от матери.
- Вот придешь домой, я задам тебе, - но этих слов матери мальчик не слышал, их заглушил шелест сухой травы под его ногами.
И он решил сам себе зарабатывать на еду. Одной бабушке полол на огороде, она его за это кормила, еще и по сто рублей давала, которые он прятал на черный день. Днем приходил домой, пока не было взрослых, играл с сестренками, которых матери пришлось оставлять одних, в надежде, что Валерка будет за ними смотреть. Оказывается, мальчик больше чувствовал ответственность за жизнь Нюры и Нади, чем мать.
Но Василий не захотел иметь отношения с женщиной, у которой одни проблемы и переметнулся к Насте, бездетной женщине. Этому бал рад Валерка, но никак не Вера. Все свое разочарование опять начала топить в водке. Сначала ее держали на работе, жалели детей. Но потом, когда начался падеж скота, выгнали. На первых порах хотели все на нее повесить, но поняв, что этим не образумить женщину, все списали на некачественный корм.
Валерка уже ходит в третий класс. Вот именно ходит, но учиться мальчишке некогда, у него на плечах сестренки и вечно пьяная мать. Доходило до того, что он с девчонками отправлялся к магазину и ждал, когда кто-нибудь их угостит булочкой или кусочком колбаски. За то, что Валерка мыл полы в магазине, тетя Соня давала ему просроченные продукты и зачерствевший хлеб. Иногда из жалости к этим беспризорным детям угощала конфетами. Вот так в свои десять лет, мальчишка несет на своих плечах все тяготы жизни.