16 февраля директор «Укрэнерго» Владимир Кудрицкий заявил: «На сегодняшний день мы достигли плато — дальнейшей деградации не происходит. Мы можем восстанавливать энергосистему с той же скоростью, с которой происходит разрушение, иногда даже быстрее. Противник в значительной степени потерял способность наносить значительный вред». Понятное дело, что это может быть банальное враньё с стиле «ракет у них осталось на два-три удара», но с другой стороны, это повод подумать об итогах четырёх месяцев ударов по украинской энергосистеме…
На момент начало СВО на подконтрольных сейчас Киеву украинских территориях находилось около 32-33 гигаватт установленной генераторной мощности.
Установленная мощность – суммарная номинальная мощность генерирующих или потребляющих электроаппаратов. То есть, установленная мощность генерации – это сколько может генерировать энергосистема в идеальном случае, когда все генераторы работают. Установленная мощность потребления – сумма мощностей всех потребителей электроэнергии. И то, и другое – это идеальные показатели, недостижимые в реальных условиях. Для той же генерации для этого необходимо: 1) чтобы все генераторы просто работали, 2) в реках был оптимальный уровень воды, 3) солнце светило в оптимальном режиме, 4) дул нормативный ветер. Для нагрузки эта мощность недостижима даже теоретически – из-за особенностей выбора трансформаторных мощностей в распределительных сетях.
Понятное дело, что не вся она использовалась (для понимания, на Запорожской АЭС из шести гигаваттных энергоблоков работало только два), поэтому можно принять, что реально работало 50-60 %, т.е. 17-18 ГВт. Сейчас же, уровень нагрузки можно оценить в 12-13 гигаватт сбалансированной (т.е. не требующей внешнего притока/оттока мощности) генерации/потребления. Много это или мало? Получается, за время активных ударов выбыло всего примерно 5 ГВт. С одной стороны, вроде как мало (ципсошники в этот момент обычно забывают про супернепробиваемую украинскую ПВО и говорят о сотнях и тысячах выпущенных мопедов и ракет (которые совсем не только по энергосистеме работают, как например, было на этих выходных)). С другой – основные удары пришлись на распределительные сети 750-330 кВ, в первую очередь, автотрансформаторы, что вызвало многочисленные аварии (спровоцированные перегрузками) в распределительных сетях 110 (150) – 35 кВ и особенно – в сетях 0,4-10(6) кВ. Генерация же (включая даже генераторные трансформаторы) попадала под раздачу не так интенсивно, зато, судя по реакции, как раз самая что ни на есть рабочая (или предполагаемая к вводу). То есть, удары по энергосистеме в первую очередь выбивали нагрузку, а генерацию били больше для равновесия.
Отдельно стоит рассматривать атаки на регулирующую генерацию – ДнепроГЭС, Бурштынскую и Добротворскую ТЭС. И судя по тому, что удары по этим электростанциям наносятся с большими паузами (и не одновременно), задачи на полное разрушение украинской энергосистемы не ставится. Так же особняком стоят удары по промышленным ТЭЦ (т.е. теплоцентралям, обслуживающим, в основном, промышленную нагрузку), наиболее яркими представителями которых являются, например, Кременчугская и Криворожские ТЭЦ. Подобные атаки стоит рассматривать именно как удар по нагрузке, а не по генерации – собственно, электрическая мощность там не очень велика, зато они выдавали на ближайшие производства большое количество тепла (пара), без которого функционирование этих самых производств невозможно.
Плюс (чтобы не говорили) любые удары по энергосистеме приводили к её непрерывной деградации – из неё выводилось оборудование практически незаменимых классов напряжения 330 и 750 кВ (это классы напряжения, были распространены только в СССР: Прибалтика, Белоруссия, Украина, приграничная западная Россия, Азербайджан): выключатели и прочее оборудование распредустройств, трансформаторы, автотрансформаторы, а с некоторых пор и непосредственно энергоблоки электростанций (напомню, что упрощённо в энергоблок тепловой электростанции входят один-два котла, паровая турбина и турбогенератор – при выводе из строя одного устройства бесполезным становится весь энергоблок).
Особо стоит выделить удары 15, 23 ноября и 5 декабря, когда приходилось гасить атомные электростанции (две или все три). Ответом на это стала тактика превентивных отключений, которая с одной стороны, позволила хоть как-то минимизировать повреждения энергообъектов, а с другой – также срабатывает их ресурс (каждый выключатель/разъединитель, начиная от комнатного и заканчивая 750 кВ имеет свой ресурс безаварийных циклов включения/выключения).
И вот после всего этого – такое заявление. Неужели всё зря? А вот и нет. Такую уверенность директора «Укрэнерго» достаточно легко объяснить – уровень потребления электроэнергии (нагрузки) упал настолько, что большую часть её можно компенсировать генерацией, которую можно считать неприкасаемой. К ней можно отнести:
1) АЭС, в силу их потенциальной опасности;
2) мелкую генерацию ВИЭ – солнечные, ветровые, мелкие гидроэлектростанции – по причине многочисленности и малой удельной мощности. Суммарную установленную мощность ВИЭ, которой располагает Киев можно оценить в 1,5-2 ГВт;
3) гидрогенерацию – ГЭС и ГАЭС. Гидроэлектростанции на данный момент спасает явное нежелание нашего командования всерьёз воздействовать на переправы через Днепр или вообще как-то воздействовать на сами плотины (до сих пор все удары приходились по береговым объектам электростанций – по ОРУ на Днестровской, Каневской, Киевской, Кременчугской или, в крайнем случае, по машзалам, не примыкающим к автодорогам – ДнепроГЭС-1). ГАЭС же, похоже, не трогают именно из-за их возросшей роли в энергосистеме – как бы она не крякнула невзначай.
Мелкую генерацию перечислять бессмысленно, а вот атомную можно не только перечистить, но и указать её основные мощности:
Интересно, что господин Кудрицкий чрезмерно оптимистичен – варианты отключения АЭС без непосредственного воздействия на сами станции достаточно отработаны, это одновременный удар по подстанциям 750 и 330 кВ:
1) для западноукраинских АЭС – ПС 750 кВ Киевская и Западноукраинская, ПС 330 кВ Ровно (для обеих станций), Хмельницкая, Шепетовка (для Хмельницкой), Ковель, Луцк-Северная и Грабов (для Ровенской, можно и меньше, основными являются ПС 750 кВ);
2) для Южноукраинской АЭС – ПС 750 кВ Винница-750 и Днепровская (хотя на Днепровской уже могли приноровиться к прямому транзиту на Запорожье-750, что возможно подтверждает то, что именно по ней в крайний раз серьёзно прилетело), ПС 330 кВ Аджалик-330, Побужье, Украинка, Кварцит и Трихаты.
Легко посчитать и гидрогенерацию:
ГЭС, правда, дело такое – если будет получено разрешение, то у некоторых из них есть реальная возможность быстренько огрести, например, у Каневской.
А вот тепловая генерация в этой картине мира явно на вторых ролях. По сравнению с вылетом трёх АЭС (потенциально 7,88 ГВт) даже самые массированные удары по ТЭС/ТЭЦ не приводили к такому падению генерации. Самый эффективный удар по маневренной генерации случился 15 января, когда ударами по Змиевской и Бурштынской ТЭС было выбито девять энергоблоков (один на Змиевской, остальные на Бурштынской), это максимум 1,925 ГВт, что примерно в 4 раза меньше потери мощности при отключении АЭС. Зато эти удары приобрели постоянный характер, что не позволяет рассчитывать на бесперебойную работу ТЭС/ТЭЦ, максимум, на точную регулировку и затыкание дыр.
Плюс, в случае чего украинцы рассчитывают на внешнюю энергопомощь, недаром же они бегали с новостью, что недавно было достигнуто соглашение о возможности импорта на Украину до 700 МВт. В принципе, такая мощность (и даже временами поболее) и сейчас бегает по трансграничным ВЛ, но в разных направлениях: в Венгрию, по ВЛ 750 кВ Западноукраинская — Саболчбака и на Украину, по молдавскому транзиту. Пик этих перетоков приходится на ночь, что легко объяснимо на венгерском транзите — для западноукраинских АЭС наиболее эффективен режим постоянной нагрузки, поэтому ночью избыток энергии, образовавший за счёт уменьшения собственно украинской нагрузки, уходит за бугор. На молдавском же транзите увеличивается ночная нагрузка — это обеспечивает имеющаяся поблизости Днестровская гидроаккумулирующая электростанция. Таким образом, отстреливается куча зайцев:
1) стабилизируется уровень генерации атомных электростанций;
2) выравнивается импорт/экспорт электроэнергии из/на Украину (несмотря на всякие солидарности, украинцам приходится этот баланс поддерживать);
3) создаётся резерв маневренной мощности, причём и генерации, и нагрузки. Не полностью наполненная ГАЭС может рассматриваться как стакан из старого анекдота: с одной стороны, она наполовину пуста (т.е. может работать в качестве нагрузки), а с другой – наполовину полна (т.е. может работать в режиме генерации).
Таким образом, украинская энергосистема сейчас предположительно работает следующим образом:
1) базовая зона обеспечивается тремя атомными электростанциями, примерно 7,5 ГВт;
2) полупиковое регулирование осуществляется ГЭС (до 3 ГВт) и ВИЭ (до 2 ГВт). К счастью украинцев, сейчас половодье и оставшаяся промышленная нагрузка имеет дневной максимум потребления, что удачно сочетается с СЭС;
3) пиковое регулирование осуществляется ГАЭС (0,5-1 ГВт);
4) точное регулирование осуществляется ДнергоГЭС-1 (до 0,6 ГВт), Бурштынской (1-1,5 ГВт) и Добротворской ТЭС (0,6 ГВт, скорее всего, после истории с польским трактором попала в разряд неприкасаемых), а также Молдавской ГРЭС (0,6-0,7 ГВт, неприкасаемая по умолчанию и, возможно, гарантия неприкосновенности Приднестровья);
5) ТЭС/ТЭЦ же работают по возможности на подхвате, плюс на выдачу тепла. Особняком, пожалуй, стоит Змиевская ТЭС — больно уж на отшибе.
Соответственно, если предположить, что господина Кудрицкого поймут правильно, то видится два варианта воздействия на энергосистему:
1) прикладной, в пользу фронта — это удары по оставшейся генерации восточнее ЮУАЭС: в первую очередь, ДнепроГЭС-1, Днепровской и Змиевской ТЭС, ПС 750 кВ Днепровская и Запорожье-750;
2) общего действия — это удары по регулирующей генерации: тому же ДнепроГЭСу-1, Добротворской и Бурштынской ТЭС, а также Днестровской ГАЭС.
Удары же по прочим электростанциям, сейчас, скорее всего, окажутся неэффективными...
В качестве вывода. В прошлом году золотой голос украинской пропаганды Арестович вещал о том, что европейцы смотрят на украинцев как на богов, сошедших с небес. Надо отметить, что иногда у него бывают удачные сравнения, правда «боги» тут не совсем привычные нам всемогущие сущности, а скорее, что-то вроде Джека Воробья из вторых «Пиратов Карибского моря». И вот сейчас у этих «богов» наступили, можно сказать, сумерки. Перейдут ли эти сумерки в полноценную ночь или нет, никаким образом от украинцев не зависит, а только от желания нашего командования...