Итак, Православие – это и название христианской конфессии греческого исповедания (не римско-католического), и определение истинного христианского учения, апостольской церковной традиции, переданной от Бога, в отличие от ереси - человеческих богословских умозаключений.
В этом смысле все христианские церкви до раскола на Западную и Восточную были православными, то есть относящимися к единой Вселенской Кафолической Церкви.
Внешняя граница ортодоксии, православного учения чистой веры – это и истолкованное в Посланиях апостолами и далее - святыми отцами Священного Писания, и постановления (орсы) Вселенских соборов исторической церкви, важнейшими из которых были вероучительные древние Символы Веры.
За пределами ортодоксии нет Христа, нет Его Церкви и нет спасения.
В 5 веке были попытки императорской власти объединить поместные церкви, находящиеся в богословских разногласиях и взаимных подозрениях в ереси. Константинопольский император Зенон издал директиву под названием «энотикон» (греч. «объединяющее»), которая, по сути, стала инструментальным прототипом «Книги Согласия» Мартина Лютера 16 века. Но истина не уравнивается общим знаменателем, поэтому примирения в зоне невежества не захотел никто. Любые светские потуги примирить непримиримое считались предательством соборного решения единой Церкви, руководимой Духом Святым. Со временем энотикон отменили и он вошёл в историю как причина разногласия, а не средство его разрешения. Причём принципиальную ортодоксальную позицию в этом деле занял Папа Римский.
Ересь монофизитства (одна природа, одна ипостась, одно лицо Христа) продолжало распространяться на Восток. Иерархи некоторых поместных церквей утверждали, что вся Святая Троица, а не Христос, была распята за нас. Такая еретическая триадология утверждала, что во Христе воплотилась вся Троица.
Десятилетиями богословы обсуждали и обсуждали три вопроса:
1. Проблему двусубъектности воплощенного Логоса.
2. Отношение плоти Христа до воскресения к ипостаси воплощенного Логоса.
3. Отношение ипостаси воплощенного Логоса к остальным ипостасям Троицы.
Аргументом монофизитов был вопрос о самой возможности одного воплощенного Бога иметь две природы – и божественную, и человеческую. То есть постоянно вставал вопрос об отдельной (физиологической) субъектности человечества Христа.
Затем возникал вопрос о существе плоти воплощенного Христа: плоти Адама до грехопадения или после?
Самым сложным вопросом было отношение воплощенного Христа (во плоти) к вечным ипостасям Отца и Духа. То есть христологической вопрос «не бился» с триадологическим.
Если говорить о первом вопросе двусубъектности воплощенного Логоса, «бытовало» мнение, что Христос будучи Богом по природе, был человеком лишь по благодати. То есть Его человеческая природа находилась лишь под влиянием Божественной энергии. При этом отрицалось, что обоженное человечество Христа соединяется с Божественной природой, не выделяясь внутри и не сливаясь с Логосом. Отрицался сам принцип спасения человеческой природы в светоносных объятиях Сына.
Еретики умели и умеют задавать вопросы. Например, является ли человечество Христа общей человеческой природой или же человечеством одного индивидуума, рожденного от Девы? Ортодоксальное учение - о том, что мы все входим в человеческую природу, воспринятую Христом при воплощении. Но невооруженным глазом (еретика) видно то, насколько люди отличаются друг от друга по сути. А потом кто в то время мог дать определение универсальной человеческой природе?
Сторонники ортодоксии ссылались на Писание: «…Да будет Бог всё во всех» (1 Кор. 15:28), «Все вы во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал. 3:27), «… так как Он избрал нас в Нём прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви…» (Еф. 1:4). Сама Вселенская Церковь – это множество верующих во Христе.
Христос не обладает человеческой ипостасью, которая обособлена подобно нашей, но ипостась Слова является общей неотделимой как от Его человеческой, так и от Его Божественной природы. Божественная ипостась во Христе является СЛОЖНОЙ ИПОСТАСЬЮ, видимой человеческой и Божественной, «зримой» через веру.
Произошло ипостасное соединение, «усвоение» (буквально – «воипостазирование») тварной человеческой природы нетварной Божественной Личностью Единородного Сына Божьего, подобно металлу, вобравшего в себя огонь.
Христос, Сын Божий, пострадал за нас на кресте, воспринятой в Себя плотью. Страдала личность Христа по человеческой, а не по Божественной природе.
В Богочеловеке Иисусе Христе понимается взаимное общение и взаимное проникновение свойств нетварной Божественной и тварной человеческой природ, отражающее нераздельное и неслиянное единство двух природ в единой Божественной ипостаси Иисуса Христа.