- Полный бак, пожалуйста.
В 4 утра город похож на спящего дракона, изредка выпускающего из ноздрей красный дым магистралей.
На заднем сиденье - бродяга-рюкзак. Блокнот с ручкой, старенький фотоаппарат, колючий свитер и сменное белье - вот и все мои вещи.
Еще пару часов назад я не знала, куда еду.
Мимо проскальзывали серые деревушки, леса и поля.
С рассветом земля пошла морщинами продолговатых холмов. Я еду в горы.
Остановилась в небольшом постоялом дворе. Пожилая хозяйка, расторопная и проницательная, вручила ключи от домика и молча удалилась.
Как кошка, я целыми днями бродила по окрестностям и возвращалась в сумерках. Старушка стучалась, входила в домик, отдавала мне тарелку с домашним творогом и сливками. Потом садилась на стульчике возле двери и, пока я ела, рассказывала незамысловатые истории её жизни. Потом вставала, забирала пустую тарелку и всегда в нерешительности на секунду застывала перед порогом. Вздыхала и выходила.
А я продолжала сидеть, словно кукла. Двигалась, говорила, ела, спала и дышала по привычке, не испытывая при этом никаких желаний и чувств.
Я была в беде и имя ей - разрыв. Затушенный об кожу окурок страсти. Когда чувство такое сильное, что заполняет тебя подобно раковой опухоли. Еще немного - и сожрет тебя заживо.
Сдохнуть - но не отпустить.
И я бродила до одури, тайно надеясь однажды не вернуться.
Не помню точно на какой день, третий или четвертый, старушка задержалась у порога дольше обычного. Вернулась и села рядом на кровать.
- Здесь ты не найдешь ответов, девочка. Езжай дальше, Алтай сам тебя приведет.
В пять утра постучали в дверь. Хозяйка принесла теплые пироги, завернутые в пергамент.
- Ты только напиши, куда звонить, если с тобой что-то случиться.
И я написала его номер. Стертый ото всюду, кроме собственной памяти.
Машина ревела на предельной скорости. Горы менялись, становились угрюмыми и нелюдимыми.
Я давно уже мчала за пределами М-52. Дорога, извилистая и капризная, прижималась одним боком к отвесной скале, а другим - к обрыву, о высоте которого можно было только догадываться. Внизу шумела и извивалась колючая горная река.
За одним из поворотов я догнала грузовик, груженый бревнами. Он тащился медленно, словно издеваясь, а я равнодушно наблюдала, как неплотно перевязанные сосны медленно скатывались с края кузова...
Скрип тормозов. Кузов мотнуло в сторону. Бревно, развернувшись тыльной стороной с грохотом неслось на меня. Ужаса не было, только блаженное ощущение неминуемого конца.
Время стало идти иначе, замедлилось что ли. Невероятная внешняя сила словно ударила меня по щекам, заставила очнуться.
Резко выруливаю вправо на еле приметный сверток со стороны обрыва.
Сосна с грохотом проносится мимо…
В ушах звенит. Бешеное сердце разрывает грудную клетку. Мне нужно к реке. Вода очистит. Вода поможет.
Вижу небольшую, довольно крутую тропинку, но спустится можно. Я захожу в воду и падаю на колени. Река впивается ледяными острыми зубами в ноги, вгрызается в руки. Боль почти невыносимая, но ясная и понятная. То что нужно для исцеления.
Среди этих гор, стоя на коленях в воде, ощутила, какая я маленькая. Спокойное небо словно обрушилось на меня, придавило всей своей безмолвной мудростью. Я начала рыдать. Я била руками по воде, вгрызалась в воздух зубами и выла, как раненое животное. Горы обнимали меня и шептали: «Тссс, тсссс, тссс…»
Я выползла на берег и забылась. Уснула на жесткой гальке, как на перине.
К вечеру очнулась.
Спокойная.
Тело ныло, колени саднило. Голод! Боже, я чувствовала какой-то невероятный голод. Быстро забралась наверх к машине, достала из промасленного пергамента холодные пирожки и заглотила их едва ли не целиком.
Кругом все пахло осенью, все было разрисовано ее золотыми кистями. Пахло сухой травой, мокрой землей и тихой грустью.
Я ощутила, как мои чувства, словно вернувшись из далекого путешествия, усталые, но счастливые, забрались с ногами в старенькое кресло и листают альбом с фотокарточками. Я буду долго еще перелистывать этот альбом, с нежностью и грустью пересматривать застывшие кадры поцелуев и ссор. Но это будут лишь воспоминания.
То путешествие было отпуском от слова "отпускать".
И я отпустила.