- Ха-ха, тысяча чертей!
Лешка встречает меня у подъезда, перегораживая вход длинной веткой, явно отломанной от спиленного тополя во дворе.
- Совсем дурак?
Я стараюсь его обойти и быстрее заскочить в подъезд, потому что чёртов треугольник молока предательски сочится и капает сквозь расковыренную дырочку, из которой я его потягивала, пока шла от магазина домой.
- Ну ладно тебе..
Лешка отходит в сторону, пропуская меня. В спину летит: - Гулять выйдешь?
- Выйду, - кричу, взбегая на четвертый этаж. Скидываю босоножки у двери и по длинному коридору мчусь на кухню. Достаю с полки банку, отрезаю уголок пакета и единым выплеском переливаю молоко туда.
Уф! Банка водворяется в холодильник.
Вот теперь можно спокойно со всем разобраться. Захожу в комнату которая нам досталась от соседа при расселении, открываю балкон, выходящий как раз во двор и кричу: - Лееешкаааа!!!
- Да че блажишь-то?
Он как конек-Горбунок встает вкопанным солдатиком ровно под балконом и задирает голову вверх.
- А мы во что сегодня играем?
И оба прекрасно понимаем, что от этого ответа зависит, кто через буквально пять минут выскочит из подъезда - девочка в сарафане или пацанка в шортах и футболке?
- В мушкетеров!
Кричит мой верный друг.
- А я кто буду?
Стою и за спиной скрещиваю пальцы, - только бы её, только бы выбрали!
- Ты будешь Констанция, а я..
Тут Лешка запнулся и густо покраснел..
Я почему-то тоже почувствовала, как начали гореть уши и щеки.
Мы только вчера досмотрели очередную серию про коварную Миледи и подвески дуры-королевы.
Я, сидя на диване, швыркала носом, и терла глаза, говоря что аллергия на тополиный пух. В горле каждый раз вставал комок, когда мысленно прокручивала кадры, где обезумевший Боярский прижимает к груди бездыханное тело Алферовой..
Её большие, пронзительные глаза и надрывно-протяжное:
— Конс-тан-ция, Контстанция! Констааааа- ан -цияяяя!
Мы, всей нашей дружной дворовой ватагой, переделали казаки-разбойники под мушкетерскую версию и договорились с завтрашнего дня уже начать играть. Нужно было только распределить роли.
Парадокс заключался в том, что в нашей веселой дворовой компашке все девочки хотели быть именно ею. Этой самой Констанц-чёрт-её-побери. Может, хотели подражать Алферовой, может, надеялись что мой верный рыцарь и им уделит хоть капельку внимания.
Не знаю, а теперь и не узнаю никогда.
Роль королевы неизменно доставалась Светке. Долговязой, но симпатичной девочке, жившей в соседнем корпусе. Она своей низменно прямой спиной и неторопливым оборотом головы как раз в нашем понимании соответствовала статусу той, кого играла Фрейндлих.
Я же всеми фибрами души хотела быть Миледи. Той самой коварной интриганкой.
Но вот вопрос — а как сказать об этом?
— Сейчас выйду!
Крикнула я и ретировалась с балкона. Быстро накинув футболку, натянув шорты и зашнуровав кеды вылетаю пулей за дверь.
Забегаю на последний этаж, звоню.
— Теть Наташ, а Настя выйдет? Мы во дворе будем, честно!
— В девять домой.
— Хорошо.
А сама уже вижу, как Настёнка быстро выскальзывает в проем между дверью и собственной мамой. Хватаю ее за руку и мы, перепрыгивая через ступеньки, несемся вниз.
— Спасибо, теть Наташ!
Лешка совсем не ожидал нас двоих. Если честно, он Настенку недолюбливал за то, что ее керри блю терьер пару раз гонял его кота.
— Ну и нафига ты ее взяла с собой? - Мой верный рыцарь изо всех сил делал вид, что он её в упор не замечает.
— Леш, она будет Констанцией, - выдохнула я.
Более обалдевшее лицо я не видела в жизни.
— а ты кто?
— а я буду Миледи.
Лешка аж поперхнулся и выронил свежеотсруганную шпагу.
— обалдела совсем?
— ну Леш..
— Паха, иди сюда!
Я видела, как мой самый лучший друг передавал Пашке свою «шпагу» и вводил в курс дела, что он теперь будет граф де Вард.
Моя душа ликовала и плясала бамболейло.
Мы переглянулись, взялись за руки. У нас было ровно 20 минут форы и кусочек мела.
— не то пальто, Лешк..