Вита понимала, что история была слишком нереальной, чтобы быть ложью. А с другой стороны – если бы Гриша действительно служил и вернулся инвалидом. Она что бросила бы его? Пока шла домой, в голову пришла одна мысль.
- Добрый день! Можно зайти? – Вита позвонила в квартиру одной из тех бабушек, которым приносила продукты, а иногда и помогала по дому.
Получив разрешение, сразу приступила к делу.
- Вы говорили, что живете в этом доме давно. Анну Федоровну беспокоить не хочу. Я думаю разыскать отца Гриши, рассказать, что произошло. Может быть, вы знаете что-то о нем. Я слышала, что он сотрудник спецслужб. Я надеюсь, что он поможет найти хороших врачей или госпиталь для Гриши.
- Нет, Виточка. Отец Гриши Олежка Воронов. Он у нас в пятом подъезде жил, ни одной юбки не пропускал. Работал старшим помощником младшего дворника на заводе, которым Анин отец руководил. Этот дом как раз для завода строили. Как выяснилось, что Аня беременна, сразу уволился и уехал. Ничем он помочь не может. Живет у чуть ли не десятой по счету жены, п..ют вместе. Так что на него даже не надейся. Вот у Михалыча из первого подъезда полно знакомых – костоправы, иглоукалывания всякие.
Вита поблагодарила. По крайней мере, про отца Гриши тетя Нина сказала правду.
Дома, сделав все дела, Вита влезла в компьютер, нашла страничку «армии» Гриши. Да, судя по всему, учились вместе. Живет в Сочи. И папа, владелец крупной компании, тоже нашелся.
Ночью Вита влезла в телефон Гриши. Нашла переписку с этой Леной. Последние сообщения она явно не читала. Поломанная игрушка по имени Гриша девочке Лене была не нужна.
Вита пошла в спальню к Анне Федоровне. Та пила сильное снотворное и спала крепко. Переписка «свекрови» Виту не порадовала. Да, в ней видели бесплатную сиделку. А дальше планировали действовать по обстоятельствам – выставить вон или позволить выйти замуж за Гришу. «Т..арь и м..азь» - эти слова предназначались Лене, которая сразу после трагедии заявила, что к Грише больше никакого отношения не имеет.
Голова у Виты раскалывалась, руки тряслись, сердце бешено стучало. "Дура, наивная дура. Прислуга, я была прислугой. Мной просто пользовались и смеялись, наверное, за спиной".
Вита тихонько собрала вещи.
«Я знаю, что все это время Гриша жил с Леной Зуевой в Сочи. И травмы получил, катаясь с ней на лыжах. А меня держали в качестве прислуги для вас и запасного аэродрома для Гриши. Желаю Грише выздоровления, а вам всего наилучшего. Прошу меня не беспокоить» - Вита положила записку на стол и выскользнула из квартиры.
Она не знала, любит Гришу или уже нет. Пока ничего кроме огромной обиды не чувствовала. Пусть ее тоже называют какими угодно словами, но после такого предательства она к этим людям близко не подойдет.
Вита за три года прекрасно изучила район, знала где сдаются посуточно квартиры. Так что через час уже вселялась в комнату. Позвонила тете Нине и сказала, что готова выйти на работу в самое ближайшее время. Потом позвонила бывшей коллеге – та с подругами снимала квартиру. У нее мест не было, а вот ее подружка как раз искала себе соседку. Так что через пару дней Вита уже въезжала в съемную квартиру.
В первые же выходные Вита отмывала квартиру, обустраивалась, не переставая думать о том, что произошло.
Чаще и чаще возвращалась к словам тети Нины о том, что она эти годы могла спокойно учиться, работать, не отвлекаясь на заботы о младших сестрах. Никакой вины перед ними или родителями Вита за это не чувствовала.
К тому же именно благодаря знакомству с мамой Гриши она смогла устроиться на работу к тете Нине – с улицы туда не брали.
И вообще, все эти годы были самыми счастливыми в ее жизни – она любила Гришу, хоть он и был далеко, занималась тем, что ей интересно. Так что обижаться на Гришу и Анну Федоровну она не будет.
Нет, она не считает себя им обязанной. Но и обид держать не будет. Просто будет жить дальше. Руки-ноги у нее есть, работа есть, образование тоже. Ну а новая любовь? Она тоже появится, не все же такие как Гриша и его мама.
КОНЕЦ.