Глава 32
А далее слышу рычание с обеих сторон. Две пары красных глаз светятся в ночи. Как огни вылазят из темноты.
Жадные.
Голодные.
Яростные.
Жестокие и беспощадные.
Несколько секунд продлилась тишина, озаренная красными огнями глаз.
Затем какие-то тени подрываются и мчатся туда, где стоит Генри.
Я слышу свой крик. Вырываюсь, плещусь в руках Марка, как рыба в воде. А он держит меня в своих железных оковах.
А там по полной происходит эта смертельная пляска.
Слышны жуткие рычания, мои крики даже их оглушают.
Генри, где ты? Я не вижу тебя!
Марк меня шатнул так, что я вновь очутилась на коленях. Руки все еще связаны. Боль не перестает.
— Только посмей пошевелиться. Я перегрызу тебе горло, — прошипел мне Марк.
Я устремляю зареванные глаза в ту темноту и не могу ничего разглядеть. Поэтому я даже не услышала этих последних угроз Марка.
Меня кто-ты пытается разбудить. Вижу чье-то лицо. Незнакомое. Я вмиг осознала, что передо мной вампир из-за его выпирающих клыков.
— Молодец, очнулась, — меня поднимают на ноги.
— А Генри? — я с ужасом широко раскрыла глаза.
— Он там! — указывает куда-то незнакомец.
Я бегу в том направлении и вижу знакомый силуэт, сидящий и прислонившийся к стене.
— Генри? — я подлетаю к нему, — Генри!
Он сидит с вытянутыми ногами, упершись о кирпичную стену и свесив голову.
Я падаю рядом с ним на колени. Начинаю обнимать его, прижиматься лбом к его лицу. Водить по щекам пальцами. По таким родным. Любимым.
— Генри, — шепчу я. Его имя не сходит с моих уст. Я повторяю и повторяю. Слезы начинают стекать с моих полной тоски глаз.
Он не издает ни звука, ни движения. Руки опущены. Тихонько пытается открыть глаза. Пытается лицо выдвинуть мне навстречу. Не получается. Он молча принимает мою нежность и радость, которыми я его окутываю.
Я все крепче обнимаю. К себе прижимаю. Сама прижимаюсь. Он вдруг вздрагивает. Опустив взгляд, я понимаю, что от боли. Тело в изуродованных кровавых ссадинах. Они глубокие. Кровь льется струей. Раны не заживают. Я прекрасно знаю, что даже один порез может принести адскую боль. А когда их целое множество?
— Генри, — я сквозь слезы ему говорю. — Давай я помогу тебе! Только не отталкивай.
Он принялся наблюдать за моими движениями.
Я расстегиваю куртку, откидываю волосы в бок и оголяю шею. Наклоняюсь к нему.
Он бездвижен.
— Прошу! Пожалуйста, — пытаюсь уговорить я, слезы стекают по щекам. Я руку его прижимаю сначала к лицу, а затем медленно перевожу к своей шее. — Пожалуйста, Генри.
Он смотрит в мои глаза. Мучительно больно видеть его таким. Он напряжен и обессилен. Через минуту он уже прижимается зубами к моему плечу. Я чувствую его губы на шее, клыками он разрывает мою кожу.
Не знаю, было ли мне больно. Я думала об этом потом. Но я сделала все для того, чтобы спасти его. А еще помню, как он на руках принес меня домой.
— Спи, малыш, — тихое звучание у меня в голове.
— Пожалуйста, только не надо гипноза, — поворачиваясь к нему, носом утыкаюсь прямо в его грудь.
— Он не понадобится, — вновь услышала я и погрузилась в сон.
Я проснулась. Чувствую тяжесть в теле. Веки не желают подниматься.
С трудом открыла глаза. Я дома. На кровати. Уже светло. Солнечные лучи проникают в мою комнату. Провожу взглядом. Генри. Он сидит на полу, опершись спиной о кровать. Лицом уткнулся на руки, скрещенные на коленях. Спит. Мне видны только его плечи и затылок.