Имя Квентина Тарантино уже давно стало синонимом синефильства и постмодернизма, а его фильмы получают статус культовых, как только выходят в прокат.
Мы не будем рассматривать, как устроено кино Тарантино (об этом есть сотни роликов в интернете), а расскажем о фишках режиссера, которыми он пользуется при создании любого контента.
Воровать идеи — круто!
Всем известно, что Тарантино нещадно крадет крутые кадры из всех существующих на Земле фильмов. Что он не скрывает, а даже подчеркивает. Для самого режиссера это способ отдать дань любимым произведениям, а для зрителя — раскрытый секрет и новое знание, что тешит исключительность и пытливый ум, а значит, располагает к парню, который просто любит и хочет делать классное кино.
Раскрывать секреты — тоже круто!
Тарантино постоянно рассказывает истории о съемках своих фильмов: как Брюс Уиллис попал в «Криминальное чтиво», зачем нужны были презервативы на площадке «Убить Билла», кто слил в сеть сценарий «Омерзительной восьмерки» и т.д.
Каждая история дополняет общее представление о картинах режиссера и о том, как они были сделаны, удивляет своей находчивостью, вызывает желание сесть и пересмотреть фильмы снова. Истории у Тарантино как будто не заканчиваются, отсюда и интерес к его работам тоже не пропадает (уже более 30 лет).
Качество, а не количество
В одном из интервью Тарантино заявил, что снимет всего 10 фильмов, а потом уйдет в отставку в форме и на пике (уже вышло 9).
Принципом «качество, а не количество» режиссер пользуется повсеместно.
Например, Тарантино предпочитает снимать только одной камерой — обычно сцену в кино снимают с нескольких камер, чтобы выбрать лучший ракурс на монтаже. Но Тарантино считает, что задействуя нескольких камер, страдает качество, потому что свет приходится выставлять так, чтобы он подходил для съемки с различных углов. А при использовании только одной камеры получается «правильный» кадр с идеальным освещением.
В разгонах рождается истина
Тарантино обожает обсуждать всё увиденное в кино. Это становится не просто тематическим диалогом, а пространством для новых идей.
Вместе со своим другом — режиссером Робертом Родригесом, они смотрят старые фильмы и профессионально «разгоняют» их: как бы они сняли отдельные сцены, что докрутили бы в сценарии и т.д. Эти разговоры часто перетекают в приемы для конкретных картин обоих авторов.
Или, например, известно, что «Убить Билла» (2003) появился из «разгона» Тарантино с Умой Турман на тему «а что если мы реально снимем тот фильм, про который рассказывает твоя героиня из «Криминального чтива» (1994)?
Не создавать видение, а иметь видение
— так Тарантино высказывается о сути профессии режиссера.
Он никогда не шёл на поводу у обстоятельств или повестки, не считался с критикой в свой адрес, не корректировал фильмы в угоду возмущенным. Тарантино использовал слово «ниггер» («как автор, я имею право писать каждого персонажа в своём мире так, как я хочу»), тонну насилия («потому что это прикольно») или очень много диалогов («диалоги, мать твою, — это моя фишка, сечёшь, нет?»), потому что реально годный контент нравится прежде всего его автору, а не зрителю или заказчику.