Козла в огород пускать нельзя: он съест овощи и потопчет ботву. Козёл и огород противоречат друг другу как «вода и камень, лёд и пламень». Выражение «пустить козла в огород» обозначает «совершить бессмысленный поступок с заведомо плохими последствиями». Человек, который открывает козлу калитку в огород, либо злоумышленник, либо плохой хозяин, либо не дружит с головой. Его лучше сторониться.
Текст можно сравнить с огородом. Глянув на огород, мы можем сказать, кто его засадил: аккуратный рачительный хозяин, матёрый шизофреник с задатками наркомана или дёрганый кондуктор трамвая. Внимательно прочтя текст, мы тоже многое можем сказать об его авторе. Хотя здесь всё сложнее, чем с огородом: порядка на грядках для выводов маловато. И большинство выводов не из фактов, а из соотношений.
В любом тексте есть множество признаков того, кто его написал: подбор слов, выбор предложений, последовательность подачи, образный строй, общий ритм, доминирующая интонация. Текст о человеке для специалиста говорит больше, чем его внешний вид или огород.
Но каждый человек в тексте стремится выглядеть лучше (почему? – отдельная сложная проблема) и угодить читателю. Автор всегда тщательно маскируется: минорный нытик хочет выглядеть весельчаком, а лжец – апостолом правды: слова подбирает правильные, излагает всё гладко, опасается провокационных сравнений, исправляет ошибки, расставляет зеркала, которые отразят его в выигрышном свете. Но не всё можно спрятать. Часто ослиные уши продолжают торчать на потеху читателю.
Одно из универсальных ярких проявлений истинного авторского лица – ВНУТРЕННЕЕ ПРОТИВОРЕЧИЕ. Оно проявляется в том, что автор при одних и тех же условиях времени и места допускает исключающие друг друга утверждения. В одном абзаце говорит, что он обожает мороженое, а через пару строк уверяет, что он ненавидит мороженое. Сначала с гордостью делится воспоминаниями о встречах со Степаном Грибоедовым, а потом уверяет, что он его никогда в глаза не видел. Говорит, что спиртного в рот отродясь не брал, и тут же детально описывает вкусовые ощущения от абсента.
Важно, что речь идёт именно о противоречии, а не о расхождении в деталях, которое нормально для любого спонтанного повествования. Вполне допустимо, что в одно месте автор говорит, что видел Степана Грибоедова на заплёванной маленькой сцене, а в другом – на эстраде, возле сцены или в фойе. Расхождение в деталях – признак естественности рассказа, его искренности.
Иное дело – внутренне противоречие. Оно может говорить о серьёзных (патологических) проблемах с памятью, о пренебрежении к тексту или его адресату, о том, что автор – проституированный тип, стремящийся угодить сразу всем потенциальным клиентам. Чаще всего внутреннее противоречие – показатель того, что автор в обоих случаях откровенно лжёт.
Более того – настолько увяз в собственной лжи, что не может контролировать её ни внешне, ни внутренне. Она полностью заместила для него реальность.
Беззубый бутафор в одном и том же интервью, не моргнув, на голубом глазу
- сообщает: (1) «<…> а оказалось, что мы никому не нужны: ни этой земле, ни этому народу»;
- вспоминает зрителей (2) «<…> которые рыдали на наших спектаклях, которые начали после каждого спектакля оставлять деньги прямо в фойе. Одна девочка даже сказала: “Я готова ползарплаты отдавать, только чтобы вы жили”».
Не так важно, что первый случай содержит ложное обобщение. Важно, что каждый из контекстов исключает другой. Если никому не нужны, то не может быть благодарных зрителей; если есть благодарные зрители, то кому-то всё-таки нужны. В итоге – внутреннее противоречие. Оно сообщает: страдалицей за туманную идею выставляет себя заурядная банальная обманщица типа попрошайки в загаженном подземном переходе.
При создании любого текста, нужно помнить, что способ: «Раз, два, реветь на три», – далеко не каждому доступен.
Сталкивались ли вы с такими случаями? Как их оцениваете? Поделитесь примерами? О чём ещё хотите узнать?