Предыдущая, одиннадцатая часть *** Начало, первая часть
В ванной комнате Аня перевела дух. Она понимала, что шутки с таким человеком, как Мамонт ничем хорошим не закончатся, но она и не шутила, а лишь пыталась показать свою позицию.
«Если позволить запугать себя, то уже никогда не сможешь заставить уважать», — думала Аня, а ей хотелось быть на равных с Мамонтом.
С работодателями нужно вести себя именно так. Особенно если это такой жесткий мужчина, пытающийся управлять тобой, давить на самое больное. Вот только Мамонту не повезло, он не знал болевые точки девушки, да и было их не так уж много.
Вспомнив о том, что не сообщила Нине о своем новом местоположении, Аня ощутила прилившее чувство вины. Она решила, что непременно извинится и все расскажет подруге после того, как разберется с Мамонтом и подпишет договор.
Закончив с водными процедурами, Аня просушила волосы полотенцем и с улыбкой посмотрела на собственное отражение в зеркале. С той стороны на нее смотрела уверенная в себе девушка с большими серыми глазищами и победной улыбкой на лице.
Юркнув в свою комнату и переодевшись в легкое платьице, Аня собралась с духом и направилась на кухню. По пути она заглянула в комнату Мамонтенка. Миша играл на полу со своими машинками. Он был так увлечен игрой, что Аня не решилась отвлекать его. Сначала следовало обсудить все с его отцом.
Войдя на кухню, девушка заметила Мамонта, держащего в руках кружку. Напротив него стояла еще одна с кофе, и Аня улыбнулась.
Мужчина смотрел на нее нагло, бесстыдно, словно пытался вогнать в краску и заставить смущаться, сгорать от стыда. Он рассматривал ее, словно любовницу, которую пытался оценить. Вероятно, он делал это из мести, но девушка не обижалась. Ане нравилась, ведь она заранее знала, что выйдет из схватки с грозным мужчиной победителем. Хотя когда она вспоминала угрозы Мамонта, брошенные неизвестному по телефону, сердце переворачивалось в груди от страха, что она идет по лезвию только что заточенного ножа.
— Ты хотела высказать свои условия… Не считаешь ли это глупой затеей, учитывая, что у меня в рукаве козырь? — спросил Мамонт, едва Аня присела и сделала глоток кофе.
— Кофе прекрасный, — ответила она и улыбнулась.
Мамонт смутился. Вероятно, такое поведение было для него непривычным. Он смотрел на Аню, как на какую-то диковинку, которую не так-то просто испугать.
— Я хочу поставить свои условия, потому что в моих услугах нуждаетесь в первую очередь вы, Петр Сергеевич, — нараспев произнесла Аня и поймала себя на мысли, что переигрывает. Она сделала серьезное выражение лица и посмотрела на мужчину. — А если серьезно, то я не потерплю угроз. Вы предложили мне работу, и только я могу решать согласиться или отказаться. Угрожая мне, вы можете получить не няню для своего сына… Не женщину, которая будет любить его… А кавказскую пленницу, желающую сбежать из этого дома. Я не хочу, чтобы наши отношения начались именно так. Если вы хотите, чтобы я стала няней для Миши, то должны будете принять мои условия. Вы не станете угрожать моим знакомым, потому что ко мне они не имеют никакого отношения. Нина мне не подруга, всего лишь коллега. Бывшая коллега. И, между прочим, она потенциальная фиктивная мать для вашего сына, потому что прекрасно ладила с ним в саду. — Лицо собеседника чуть вытянулось от удивления, подтверждая, что догадка была правильная. — Вы рассматривали такой вариант, и спорить будет глупо. Если откажусь, вы обратитесь к Нине, а не станете втаптывать ее в грязь.
Мамонт судорожно сглотнул, а Ане пришлось спрятать взгляд в кружке с кофе, только бы скрыть улыбку, так и плещущуюся в нем.
— Чего ты хочешь еще? — спросил Мамонт.
— Уважения, — ответила Аня, допивая кофе.
— Я согласен с твоими условиями. Мы можем поехать к юристу.
— Хорошо, но если у нас осталось еще десять минут, я накормлю Мишу завтраком.
— Я уже накормил сына кашей, поэтому можем выходить.
Аня пожала плечами. Она направилась в детскую, чтобы помочь Мамонтенку собраться. Настроение было прекрасным. Ощущение сковывающего страха, которое окутывало вчера, отпустило. Девушка знала, что согласилась остаться в этом доме по доброй воле, и ей никто не будет манипулировать, хоть и отлично понимала — Мамонт еще ни раз попытается указать ей, что и как делать.
— Мишут, доброе утро, — произнесла Аня, заглядывая в детскую, где малыш стоял у окна и смотрел в него.
Он обернулся и улыбнулся.
— Пливет! — ответил Миша.
— Мы сейчас с твоим папой должны поехать по делам. Прокатишься с нами?
Мамонтенок надул губы в ответ.
— Мы купим мороженое и заедем на фонтан после того, как все сделаем.
— Холосо!
Аня подумала о том, что для четырехлетнего разговаривает Миша действительно плохо и нужно будет позаниматься с ним, научив правильно произносить все слова и буквы.