В интернете довольно мало упоминаний об этом состоянии, более того, мало кто знает, как оно называется. Однако многие наверняка его испытывали. Ты приехал к бабушке в село, вы работали в огороде всё утро, взрослые копали картошку, ты её собирал, рядом играли дети, бегали собаки, вокруг кипела жизнь. И вдруг, стало слишком жарко. Все ушли отдыхать в прохладные дома, и ты остался один. Собаки спрятались в будках. Никого вокруг. Солнце в зените. И даже ветер на минуту прекращается. Яркое голубое небо и ни единого облака. Всё замерло. Не спишь ли ты? Это не реально. Это что-то близкое к дереализации. Ты чувствуешь смутную тревогу. Время остановилось. Так же резко всё прекращается, ты слышишь лай собаки, чувствуешь дуновение ветра и слышишь, как мама зовёт тебя в дом. Ты возвращаешься к жизни и забываешь об этой минуте.
Ты испытал состояние, которое называется полуденный ужас. Наши предки называли его полуденный бес или полудница – девушка в белом, которая может убить того, кто посмел работать в полдень.
Все эти поверья не возникают без причины. Работая в самое пекло, можно получить солнечный удар, поэтому люди ощущают дискомфорт в такое время. Описать это чувство пробовали не один раз. Вот некоторые примеры.
1. Леонид Липавский «Рассказ чемпиона»
«Вдруг предчувствие непоправимого несчастья охватывает вас: время готово остановиться. День наливается свинцом. Каталепсия времени! Мир стоит перед вами как сжатая судорогой мышца, как остолбеневший от напряжения зрачок. Боже мой, какая запустелая неподвижность, какое мертвенное цветение кругом! Птица летит в небе и с ужасом вы замечаете: полет ее неподвижен. Стрекоза схватила мошку и отгрызает ей голову; и обе они, и стрекоза и мошка, совершенно неподвижны. Как же я не замечал до сих пор, что в мире ничего не происходит и не может произойти, он был таким и прежде и будет во веки веков. И даже нет ни сейчас, ни прежде, ни - во веки веков. Только бы не догадаться о самом себе, что и сам окаменевший, тогда все кончено, уже не будет возврата. Неужели нет спасения из околдованного мира, окостеневший зрачок поглотит и вас?»
2. Виталий Бианки Валентинович «Уммб!
«Наверное, подошел полдень, — солнце над моей головой стояло почти отвесно. Будто онемело всё вокруг, — мне показалось — весь мир. Хрустальной горой — почти зримой — воздвигалось до самого неба безмолвие. Как это произошло? Мгновенно или же исподволь, незаметно для меня, увлеченного своей забавой? Я не слышал птичьих голосов в саду нашего дома, — птицы молчали, попрятались, затаились. Ничто не шевелилось там, в саду; укороченные, иссиня-черные тени кустов и деревьев неподвижно лежали на дорожке. Даже ветер будто затаился. Столько живого было вокруг меня — птицы, цветы, деревья, — я чувствовал эту огромную, разнообразную жизнь, и всё замерло, будто затаило дыхание и вслушивалось, вслушивалось: вот кто-то скажет слово — удивительное, неслыханное слово, — и разом рухнет эта непонятная мне немота…
3. Михаил Салтыков-Щедрин «Господа Головлёвы»
«Жаркий июльский полдень. На дубровинской барской усадьбе словно все вымерло. Не только досужие, но и рабочие люди разбрелись по углам и улеглись в тень. Собаки раскинулись под навесом громадной ивы, стоящей посреди красного двора, и слышно, как они хлопают зубами, ловя в полусне мух. Даже деревья стоят понурые и неподвижные, точно замученные.»
Полуденный ужас возникает, когда солнце в зените, на улице пекло, а жара спадёт нескоро. От этого состояния хочется отмыться, хочется вдохнуть полной грудью. Вспомните «Преступление и наказание» Фёдора Достоевского: весь роман нас сопровождает удушающее чувство пекла, жёлтый цвет, жаркий июль. Всё это время Раскольников бьётся в лихорадке, потеет, сходит с ума. Жара в этом романе сопровождает вину и помутнение рассудка, и когда в конце романа мы видим долгожданный дождь, мы выдыхаем.
Помимо книг, в какой-то степени описывающих состояние полуденного ужаса, есть ещё фильм, являющийся, как мне кажется, его олицетворением: «Пикник у висячей скалы» 1975 года. Это история о загадочном и мистическом исчезновении учениц австралийского пансиона в последний Валентинов день 19 века. Противоречие между строгой викторианской архитектурой и австралийской экзотикой, загадочная скала и умиротворяющая музыка вызывают тревогу и оцепенение. Лучше всего этот фильм описывает цитата Эдгара Алана По: «Что видим мы и что видят в нас есть только сон и сон внутри другого сна».
