Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Book Addict Читаем с Майей

"Салюты на той стороне" Александра Шалашова

Что-то останется никого у нас не было, только мы,
а теперь – одна память.
Александра Шалашова "Память" Лето, российская провинция, детский санаторий по зрению с выдающим желаемое за действительное названием "Алмаз" на берегу Сухоны. Детей немного, из персонала с ними воспитательница и повар, она же завхоз. Есть еще старик сторож. В остальном самоуправление. Хреновое, должна заметить. Парень по прозвищу Муха, какой-то родственник директора (которого мы так и не увидим), проводящий здесь каждое лето, сколотил опричнину и кошмарит тех из контингента, за кого некому заступиться. Не то, чтобы это была жесткая дедовщина, но приказать девчонкам прийти в палату и снять трусы - УК РФ квалифицирует подобное как развратные действия в отношении несовершеннолетних, и ответственность за такое наступает уже с 14 лет. Мухе столько совершенно точно есть. А за "в сговоре с преступной группой" мальца можно было бы законопатить по самое не хочу. Эта ударная сцена в самом начале "Салютов на той стороне" и

Что-то останется

никого у нас не было, только мы,
а теперь – одна память.
Александра Шалашова "Память"

Лето, российская провинция, детский санаторий по зрению с выдающим желаемое за действительное названием "Алмаз" на берегу Сухоны. Детей немного, из персонала с ними воспитательница и повар, она же завхоз. Есть еще старик сторож. В остальном самоуправление. Хреновое, должна заметить.

Парень по прозвищу Муха, какой-то родственник директора (которого мы так и не увидим), проводящий здесь каждое лето, сколотил опричнину и кошмарит тех из контингента, за кого некому заступиться. Не то, чтобы это была жесткая дедовщина, но приказать девчонкам прийти в палату и снять трусы - УК РФ квалифицирует подобное как развратные действия в отношении несовершеннолетних, и ответственность за такое наступает уже с 14 лет. Мухе столько совершенно точно есть. А за "в сговоре с преступной группой" мальца можно было бы законопатить по самое не хочу.

Эта ударная сцена в самом начале "Салютов на той стороне" и она задает тон. Почему никто не дал отпор, можно понять, детей легко запугать, подчинить воле большинства, которое уверено: окажи сопротивление и твою жизнь здесь превратят в ад. Но рассчитывать, что никто не пожалуется воспитателю. не расскажет родителям, что все останется без последствий - это как-то странно, да? В нормальной жизни да, но в реальности книги идет (начинается, надвигается?) война, и этих детей отправили в санаторий за реку подальше от нее, а война обнуляет и отменяет большую часть правил. по которым общество функционирует в норме.

Дальше, в повествовании от лица одиннадцати рассказчиков развернется история, которую невозможно не соотнести с "Повелителем мух". Только вот, добрые мудрые взрослые не явятся в финале, чтобы спасти. Сами, все сами. И они честно попытаются, со своим малым разумением и еще меньшим опытом, но неистребимым в детях запасом жизнелюбия и веры в лучшее.

Саша Шалашова прозаик, вошла в современную русскую литературу с историей о школе в ковидный год "Выключить мое видео", позже я узнала и полюбила ее стихи, кажется на премии Лицей она победила именно в поэтической номинации. а вот музыку ее не очень понимаю, что не мешает оценить вокал. Вы уже поняли, что автор богато и многообразно одарена, а эти вещи имеют значение, работа в любой смежной области творчества расширяет диапазон, делает человека интереснее.

В "Салютах на той стороне", несмотря на несколько даже нарочитое географическое (Сухона протекает по срединной России, вдали от границ) и временное дистанцирование от современности (в книге явно нулевые) легко опознается реальность и это страшно, горько, невыносимо.

Это больно читать. Это надо читать.