В доме Веру Петровну не любили. За неразговорчивость, за самодостаточность, за отстраненность от других людей.
Соседки встретятся на лестнице или во дворе, поболтают, весь дом в курсе соседских дел, а про Веру Петровну никто ничего не знал. Она приехала в дом после смерти Евдокии Семеновны из шестой квартиры, которая доводилась ей бабушкой. Та квартиру внучке оставила.
Жила Вера Петровна уединенно. Гости к ней не ходили. "Да и чего ходить? - судачили соседки.- Кому нужна одинокая женщина сорока с хорошим гаком лет?" То ли дело Оксана из пятой квартиры! Молодая, эффектная, веселая. Захаживал к ней поклонник. Импозантный такой мужчина, под сорок лет. С цветами и конфетами. Приезжал на машине, лицом старался не светить, но соседи-то всё видят! Вначале видели его часто, потом- реже. А потом и вовсе изредка.
А однажды зимой застала Вера Петровна в подъезде плачущую Оксану. Стоит та под дверью и слезы льет. Косметика вся по щекам размазана, платье нарядное, а на ногах тапки.
-Что случилось?- спрашивает Вера Петровна.- Дверь захлопнулась?
-Да.
-Заходите ко мне, иначе вы совсем замерзнете.
-Можно я от вас маме позвоню? А то телефон дома остался, а у мамы есть запасной ключ.
-Конечно, можно.
Оксана зашла к соседке, позвонила маме, умылась и села пить чай, налитый соседкой. Она все еще тяжело вздыхала и хлюпала носом время от времени.
-Не стоит так расстраиваться. Всё хорошо. Скоро приедет мама с ключом. Ничего же плохого не случилось.
-Случилось,- сказала Оксана.- От меня Влад ушел. Ну, мужчина, которого я люблю. Я за ним выбежала, а дверь и захлопнулась...
-Может, помиритесь еще. Милые бранятся- только тешатся.
-Не помиримся. Его жена второго ребенка ждет. Он сказал, что больше не станет ей изменять. Семья у них. А что у нас? Ничего.
-Понятно. Так это большая удача.
-Что меня бросили?
-Что сейчас бросили. Одна моя знакомая тоже, как вы, влюбилась в женатого. И он её полюбил. Но уйти не мог. Дочка маленькая, как она без отца? Нельзя детей обижать. Так он говорил.
-А потом?
-А потом дочка выросла, но нельзя было её волновать, иначе будет думать не об учебе, а о семейных проблемах, в институт не поступит. Нельзя ломать жизнь ребенку. А потом надо было подождать, пока она замуж выйдет, свою семью создаст. Потом отдать долги за свадьбу. Потом нельзя волновать дочку, потому что она беременна, потом нельзя волновать , потому что она-кормящая мама, потом внуков надо понянчить...
-А как же та, которая его любила?
-А она ждала. Понимала. Надеялась. А потом осознала: да никогда он не уйдет из семьи. Ему так удобно. Жена, налаженный быт, ребенок. И еще одна женщина на стороне. Он же ничего не потерял. У него все отлично. . А у неё эта великая любовь отняла двадцать лет жизни. Отняла молодость и веру в мужчин. Если за словами и обещаниями любимого и любящего мужчины нет ничего, кому можно верить? Она потеряла двадцать лет жизни, нерожденных детей, свою молодость и красоту...
Вера Петровна украдкой бросила взгляд на стену. На стене висела фотография . На ней молодая и красивая Вера Петровна смеялась чему-то и выглядела счастливой.
-Значит, он её не любил.
-С нелюбимой женщиной не встречаются двадцать лет. Не лечат её, когда она болеет. Не мчатся, когда сорвало кран и она не знает, куда звонить и что делать... Любил. Но выбрал не её. В семье у него жена, дочь, внуки, общий быт и общие друзья. Его можно понять. Изменить ничего нельзя. Никто не вернет женщине прошедшие годы. Так что это отлично, что ваш мужчина ушел. У вас еще все впереди. Молодость и красота еще при вас.
В дверь позвонили. Вера Петровна открыла и в квартиру вошла мать Оксаны.
-Пойдем, дочка. Вот ключ.
Они ушли. В подъезде женщина спросила:
-Что там эта ненормальная тебе говорила?
-Мам, она не ненормальная. Хорошая тетка, понимающая.