Слушается апелляционная жалоба в Заельцовском районном суде в Новосибирске на решение мирового судьи.
Пришёл я в заседание со своим доверителем М. Понимал, что председательствующую судью надо отводить, тем более, что в моём распоряжении оказался договор, где двое контрагентов, договариваясь между собой, предусмотрели платёж в пользу как раз этого судьи в зависимости от того обстоятельства, которое ей обязательно предстояло оценить в процессе. С точки зрения закона ситуация классического отвода.
Я прекрасно понимал, что судья эта будет всячески цепляться за дело. Что, вообще-то говоря, конечно, плохо выглядит и не сильно хорошо пахнет.
Но я понимал, что М. не справится с ситуацией, кроме того я хотел поставить ещё и вопрос о конституционности той нормы ГПК РФ, которая даёт право судье рассматривать отводы в отношении самого себя. Тем более, что в АПК РФ тот же вопрос — вопрос рассмотрения отвода решается совершенно иначе. Что, разумеется, означает, что не выдержан принцип равенства перед судом и законом.
Я всё это разъяснил М. и сказал, что ему надо просто заявить о моём допуске, а заявлю отвод уже я.
А надо сказать, что за последние 7-8 месяцев к этому моменту М. начал проявлять неуёмную инициативу, которая слишком часто приводила к весьма неприятным последствиям. Судебный процесс и так — ткань тонкая и весьма, а тут ещё лезут в неё неосторожно… как результат не дают отработать инструменты. М. к этому времени уже умудрился наинициативить так, что только в двух случаях из четырёх я едва смог выгрести его из ситуации им же и созданной.
Самое ужасное, что удержать его удавалось далеко не всегда. Как можно, скажем, удержать доверителя от явки в суд? Да никак, это — его право. Как удержать его от самостоятельного заявления ходатайства? Да никак, это — его право. А от направления искового заявления? Да никак, это опять-таки — его право.
Ну ладно. Взял я договор, ну тот, в котором судья названа как выгодоприобретатель, взял я заявление об отводе. Сижу. Жду, когда он заявит меня в качестве своего представителя. Тут выясняется, что ответчик по делу — не уведомлен. Ладно, жду. Понимаю, что рассматривать дело не будут.
Но судья задала М. вопрос — имеет ли он отводы. И вот это самое М. вместо того, чтобы вести себя нормально… ну, сказать, что отводов нет, или заявить, что сначала вообще надо бы выяснить — а можно ли рассматривать дело в отсутствие неявившегося ответчика, который не был извещён надлежащим образом, встаёт и заявляет: «Есть отвод!»
Ах вот как! — ну, на! Я отдаю ему листы.
И он, начинает читать, путая фамилии, слова, запинаясь… судья подбавляет путаницы вопросами. Она женщина, в общем-то, неглупая, опыта у неё достаточно, чтобы сбить с настройки того, кто не вполне владеет техникой судоговорения. Пусть бы попробовала она такое же проделать со мной, если у меня есть навык остановиться на произнесении слова, поговорить на другую тему (ну, вырабатывается этот навык, вырабатывается, он никак не врождённый), а затем без всякого перехода начать с того самого места, даже не повторяя произнесённой части слова, на котором я прервался. Да она не дура и даже не пыталась бы. Тот, разумеется, сбивается, крутит листы, не может найти продолжение текста. Гнусное и позорное зрелище!
Я, естественно, начинаю подсказывать — сам-то он ни навыка, ни знаний для такого не имеет. Я уж говорю ему: «Да Вы просто читайте!»
А судья тут и заявляет: «А ничего у вас не получиться!» (Ну что скажешь? Маладес! Нормально, да?)
А мне совершенно справедливо говорит: «Марк Рэмович, выйдите за дверь!»
В общем-то в последнем она — права. Я же ещё не допущен в процесс, М. заявления о моём допуске не делал. Он же побежал впереди паровоза в очередной раз. Он же решил всё сделать сам. Ну вот решил себе и всё.
Я вышел.
А когда заседание закончилось отложением, я подошёл к М. и спросил:
— Я говорил Вам уже, что впредь инициатива Ваша будет наказуемой? (А я ему это однажды таки говорил!)
Он попытался что-то там начать бормотать, что он, мол, «просто читал». Что, мол, я сказал читать, он и читал. Начал, что называется, «включать дурака».
Тогда я ему ответил:
— Я более не буду представлять Ваши интересы ни по каким делам.
До этого я только дважды отказывал доверителям.
Но с другой стороны я же нянчился с М. уже 5 лет. И он так увлёкся процессом, что решил, что имеет уже все навыки. И начал проявлять инициативу сверх разума.
Но отказался я всё-таки именно из-за того, что поведение человека стало непредсказуемым и зачастую вредным для дела. А получать по морде за чужие огрехи как-то не хочется.
Но о той судье, конечно — вопрос особый.