Поскольку психиатры в большинстве своём практикуют психофармакотерапию, можно сказать, что психиатры и фарминдустрия нужны друг другу как братья-близнецы. Помимо звучавших в прессе громких скандалов, связанных с подкупами фармкомпаниями врачей в сфере психиатрии в Британии и в США, сотрудничество фармкомпаний и врачей чрезвычайно распространено во всём мире, известно всем и никто этого особенно не скрывает. В том числе и из этой странной дружбы постепенно в сознании многих психиатров сформировался ложный по сути вывод о незаменимости и безальтернативности психотропных средств в лечении любых психических расстройств, независимо от динамики и от того, что это за расстройство.
Поскольку психиатры являются в большинстве своём приверженцами фармакологической модели лечения, поэтому своими назначениями в той или иной степени поддерживают фарминдустрию. Им невыгодно самим применять психотерапию или направлять пациента к клиническому психологу или психотерапевту, потому что часть симптомов может редуцироваться. А это будет невыгодно «товарищам» из фармкомпании с которыми они дружат и чем дорожат. Так, на уровне этих отношений работают профессиональные защитные механизмы, объясняющие сопротивление альтернативным методам лечения.
На другом уровне фарминдустрия, владеющая капиталом и связями и живущая по не медицинским понятиям и законам бизнеса, сама решает, что производить, продавать и продвигать. Бизнесу плевать, что больному поможет, а что нет. Бизнесу нужно что-то впаривать и продавать, причём делать это постоянно и агрессивно. И подавлять возможных и потенциальных конкурентов, иначе бизнес теряет в деньгах. И здесь психотерапия становится потенциальным соперником, который по широте применения пока не может конкурировать с фарминдустрией. Но начинает соперничать в плане эффективности в пограничной психиатрии, что не может нравиться фармкомпаниям, которые курируют психиатров. Те, в свою очередь, опять проталкивают следующие таблетки и сопротивляются психотерапии. И так во всём мире.
Но в странах Европы и США степень личной ответственности и страх иметь проблемы с лицензией вынуждает психиатра при пограничных расстройствах определяться с превалирующей тактикой лечения – либо сразу сделать упор на психотропы, либо направить к психотерапевту. В случаях применения лекарств пациента мотивируют на их приём лишь в кризисный период, с последующим снижением доз и подключением активизированных внутренних ресурсов через психотерапию. У нас пока до этого очень далеко, так как не хватает не только психотерапевтов, но и психиатров. А те, которые есть, в большинстве своём лечат таблетками как умеют, а о психотерапии не вспоминают.
Лекарства в лечении нужны, развитию фарминдустрии нельзя помешать, но нельзя остановить и развитие психотерапевтической науки и практики. Представляется, что должно быть разумное применение фармакологии с более широким применением психотерапии.