Михаилу Ильичу Ромму в этом году исполняется 120 лет. По нынешним временам уже почти можно говорить, что столько живут, но Ромм ушел в 70, оставив наследие, которое будет жить очень долго, а еще суперталантливых учеников, тоже вписавших свое имя в мировой кинематограф. Из режиссерской мастерской ВГИКа, которую вел Ромм, вышли Андрей Тарковский, Андрей Кончаловский, Никита Михалков и самородок Василий Шукшин. Марлен Хуциев и Элем Климов заканчивали его последний публицистический фильм «И все-таки я верю», который он снял, но не успел смонтировать до конца, и то, как ученики органично и точно включились в фильм своего мастера, довели его до финала, стало еще одним подтверждением, что под началом Ромма рождались настоящие мастера.
Первый фильм, который мы вспоминаем, услышав имя Михаила Ромма, это, конечно, «Девять дней одного года». Фильм легендарный и судя по всему, навсегда актуальный, потому что ответственность ученых за свое открытие или изобретение будет возникать всегда. Если верить одной из версий возникновения пандемии – в Уханьских лабораториях искали противовирус, а выпустили в мир смертоносный вирус , и вот теперь с большим трудом и потерями мы учимся с этим жить. Фильм об ученых-ядерщиках вышел задолго до Чернобыля, когда рванул атомный реактор и техногенная катастрофа повергла мир в шок. До сих пор остается зоной отчуждения район Припяти, где замурован взорвавшийся энергоблок. Уже и Фукусима дополнила список трагедий из-за природной стихии непреодолимой силы. Что уже говорить о ядерной бомбе, сознательно сброшенной на головы мирных жителей Хиросимы и Нагасаки. Этот страшный эпизод вошел в первый публицистический фильм Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм» и во второй, незаконченный им «И все-таки я верю», связался воедино с незабываемым эпизодом из фильма «Девять дней одного года», когда облученный и обреченный во имя науки герой Алексея Баталова физик-ядерщик Гусев утвердительно отвечает на вопрос отца: «Ты бомбу делал?». Умереть во имя достижений науки, чтобы этими достижениями воспользовались со злым умыслом, лишив жизни тысячи невинных людей и детей? Как тут не понять академика Сахарова, отца-изобретателя атомной бомбы, всю свою оставшуюся жизнь посвятившего борьбе против собственного изобретения? Фильм Михаила Ромма «Девять дней одного года» вновь и вновь ставит этот вопрос. Добавить к этому блистательную игру актеров : Алексея Баталова, Иннокентия Смоктуновского , Татьяны Лавровой, Николая Плотникова, и фильм для любого зрителя, который его посмотрел, становится незабываемым.
Но вернемся к публицистической работе – завещанию великого мастера и педагога Михаила Ромма. Фильм «И все-таки я верю» - это слова, сказанные режиссером в его фильме –исследовании «Обыкновенный фашизм», и это его надежда на то, что человечество в безудержной гонке вооружений и страсти потребления, разрушающей планету и моральные устои, опомнится, одумается, чтобы не привести историю своего существования к трагическому концу. Первоначальное название картины «Мир сегодня», и несмотря на то, что в кадре 1974 год, впечатление такое, что это происходит сегодня – локальные войны, эпидемии, техногенные катастрофы, пухнущие от голода дети Африки, агрессивная реклама, скорости, аварии, лозунги, водометы, направленные на бунтующую на улицах молодежь… Параллели и ассоциации возникают практически в каждом кадре- будоражат, тревожат, удивляют, и остро ставят вопрос: человечество по природе своей самоубийца? И все, что происходит- плоды и следствие развития цивилизации-творения рук человеческих? Можно, конечно, отключиться от подобных размышлений, как молодые герои кинопублицистики Ромма: «Мы больше ни во что не верим» и на вопрос -что ты думаешь о современном мире? устало отвечать – Ничего. Но мир от этого не перестанет быть таким, какой он есть: с попытками контролировать ресурсы планеты и всецело подчинять себе людей, сжиганием книг, как в гитлеровской Германии, или провозглашением диких стратегий : «много будешь читать – императором не станешь», «чем хуже, тем лучше», как в Китае Мао Дзе Дуна. И примерами, когда верховное невежество приводит к национальной трагедии, как в Китае. Здесь в 1958 году по решению партии и правительства уничтожили воробьев, чтобы сохранить посевы, и обрекли на голодную смерть 30 миллионов человек, потому что разрушили экосистему…
Смотреть и думать заставляет последний фильм Михаила Ромма и разве это не самая важная задача искусства кино?