Владимир Ульянов-Ленин впервые посетил Швейцарию в 1895 году и познакомился там с первым русским марксистом Плехановым. Затем Ленин короткое время жил в Швейцарии в 1900 году, когда договаривался с Плехановым и другими эмигрантами об издании совместной социал-демократической газеты «Искра».
С апреля 1903 по ноябрь 1905 года Ленин постоянно проживал в Женеве, которая нравилась ему больше всех других европейских городов. Чистая, ухоженная, мелкобуржуазная, начисто лишённая тяжёлой индустрии. Несмотря на своё позиционирование как вождя пролетариата, в быту Ленин не терпел соседство этого класса, связанного с тяжёлым и грязным машинным производством.
Самый долгий период проживания Ленина в Швейцарии пришёлся на сентябрь 1914 — апрель 1917 года. На этот раз Ленин обосновался в Цюрихе, а зачем – увидим дальше.
Средства существования
Несмотря на то, что Ленин всегда пытался наложить свою лапу на партийную кассу (что ему в итоге и удалось), касса эта поначалу была очень скудной. Кроме того, революционная работа требовала постоянных общественных расходов на печать, курьеров, прочую пропаганду. Революционные «экспроприации», то есть грабежи, большевики практиковали только в 1907 году, и на жизнь Ленина именно в Швейцарии они влияния не оказали. Короче, у Ленина были скромные возможности, чтобы жить на партийный счёт.
Многим будет удивительно узнать, что взрослый здоровый человек, то есть Ленин, до сорока шести лет жил частично за мамин счёт! Точнее – за счёт пенсии, которую его мать получала от царского правительства как вдова действительного статского советника. Мария Александровна Ульянова умерла в 1916 году. И всё это время она исправно посылала сыну, где бы он ни находился, денежные переводы. То есть, фактически, само царское правительство частично оплачивало Ленину его работу по его, правительства, свержению! Вот в 1916 году финансовое положение Ленина стало, действительно, настолько тугим, что пришлось подумать об экстраординарных средствах заработка. Ведь большевицкой партии к тому времени фактически уже не существовало, и в январе 1917 года Ленин пессимистично писал, что сам он вряд ли увидит революцию в России.
Иностранный агент
О том, что Ленин жил в Цюрихе весьма скромно, свидетельствуют его счета за обед. Он обедал в одной рабочей столовой, где давали комплексные обеды (как мы сейчас называем, бизнес-ланчи). Там было три варианта обедов: за 75, 50 и 25 сантимов. Ленин неизменно выбирал самый дешёвый.
Некоторые думают, что Ленин всё время Первой мировой войны получал деньги на революцию от кайзера. Ничего подобного. Средства из Германии, в самом деле, поступали в Россию для разных подрывных групп, в том числе и для отдельных организаций большевиков, но они шли мимо Ленина.
А у самого Ленина был период, когда всё могло повернуться иначе. Дело в том, что в Цюрихе он нашёл приработок у консула США Мак-Нелли и регулярно снабжал его осведомительными записками или, как бы мы сказали сейчас, аналитической информацией о текущей политике. У Мак-Нелли был целый штат таких работников разных национальностей, и нельзя сказать, чтобы Ленин как-то особенно выделялся среди них. Мак-Нелли ему платил исправно, но ценил невысоко.
Но накануне своего уже намеченного отъезда в Россию в Германию в пломбированном вагоне и с согласия кайзеровского правительства (только с этого момента началось регулярное получение Лениным денег от кайзера), Ленин неожиданно приехал в Берн, дозвонился до посольства США и связался там с чрезвычайным эмиссаром президента США, фактическим руководителем разведывательной сети (будущим создателем ЦРУ) Алленом Даллесом. Этот эпизод описал биограф Даллеса Леонард Мосли. Ленин просил о встрече, так как хотел передать важную для США информацию.
Молодой тогда Даллес, который договорился о теннисной партии с прелестной девушкой по имени Хелен Херцог, попросил Ленина прийти завтра. Не слушая взволнованных реплик Ленина о том, что завтра будет уже поздно, Даллес положил трубку. Впоследствии он вспоминал этот момент как свой самый большой профессиональный промах.
Действительно, если бы США удалось «перекупить» Ленина у Германии, вся история революции могла пройти по-иному. Не было бы позорного Брестского мира, так как Ленин продолжил бы «революционную войну». Весьма вероятно, что не возникло бы и гражданской войны, так как многие офицеры пошли в Белую армию из-за, как им казалось, «национального предательства большевиков».