— Мальчики, берегитесь! — воскликнула Семара.

— Мальчики, берегитесь! — воскликнула Семара.

Из-за кустов шиповника показался целый отряд синекожих. Бегущие впереди копейщики тут же попали под магический залп двух чародеек, а остальные бросились врассыпную, пытаясь выкроить момент для атаки. За их спинами Юральф в последний момент заметил воина, неистово раскручивающего пращу, но было уже слишком поздно.

Снаряд со свистом ударил новоградца в лицо, на что переносица отозвалась тупой болью. Кровь густым потоком залила обветренные губы. Перед глазами заплясали огоньки, и Юральф почувствовал, как земля медленно, но верно уходит из-под ног.

— Держись, — голос Семары раздался прямо в голове.

Потоки энергии заструились по телу Юральфа, наполняя его силой. Ему уже не хотелось падать. Напротив, он чувствовал, что одолеть его сейчас было не под силу целой армии. Пелена перед глазами резко расступилась, пальцы сжали рукоять меча с небывалой силой, и новоградец рванул вперёд.

Варион, с трудом отражающий натиск синекожих, отшатнулся от неистовой атаки товарища и вопросительно посмотрел на чародеек. Юральф не придал этому значения. Отражая атаки с нечеловеческой ловкостью, он тут же наносил в ответ смертельный удар, после чего отпрыгивал в сторону и добивал пытающихся слинять врагов.

Один из синекожих оказался экипирован получше своих соратников. Клинок Юральфа дважды звякнул о его пластинчатый нагрудник, но так и не нашёл цель. Самому новоградцу тут же пришлось уклоняться от ответной атаки, но Варион вовремя вернулся в бой, одним мощным ударом отсекая кисть врага. Синекожий завыл, и Химера поспешил его успокоить ловким пинком в грудь.

— Tarthatalse! — выругался нелюдь, едва оказавшись на земле. — Seises! Seises!

— Вот только не начинай! — попросил Варион, демонстративно занося меч. — Я обзывательства на всех языках мира знаю, и мне не нравится твой тон!