Без пяти минут...

Камера, куда определили нашего героя после "больнички", встретила его бурным ликованием, и сидельцы, практически, на руках отнесли нашего героя на уже подготовленное персонально для него почетное место у зарешеченного окна. Камера была рассчитана на 16 человек, но над шконкой смотрящего не было второго яруса и, поэтому, в ней размещались 15 арестантов. Бывший "смотрящий" буквально вчера был перекинут на другую "хату", и Азамата уже встречали как нового положенца. Был накрыт приветственный стол, из соседних "хат" присылали "грев" /курево, чай, ханка.../, и "вертухаи" не успевали передавать "малявы" от "местных" авторитетов с поздравлениями и выражением уважения. Шумно было в тот день на тюрьме... И вот, уже третий этап покидает саранскую тюрьму, а в судьбе молодого парня нет никакого просвета. По приговору он должен отбывать наказание в лагере строгого режима, а реально, уже почти год отбывает в "крытке". Новый 1949 год Азамат встретил в качестве положенца саранской тюрьмы, и теперь он обязан был блюсти "закон" не в отдельно взятой камере, а на всей тюрьме. Такая тюремная отсидка его очень тяготила, ведь парню шёл только двадцать второй год, и вся его натура требовала открытого неба и свежего воздуха. Но из-за известных событий в Ангарлаге его, почему-то, не хотели переводить на "зону" и "гноили" в 4-х стенах. Так шли дни за днями, недели за неделями. Ежедневно возникали десятки проблем и ежедневно "смотрящему" приходилось их решать. Уже кончалась зима, когда, наконец, ему объявили о его уходе на этап. Этап формировался на Воркуту. Тепло прощалась тюрьма с Азаматом, и даже "кум" с "хозяином" пришли проводить юношу в дальние края. Снова "столыпин", снова холод и болезни, конвой и собаки... Свой 22-й день рождения он так и встретил в промозглой завшивленной теплушке, куда, никому не известным образом, в честь такого авторитета доставили целую грелку со спиртом, и весь вагон получил свою долю такого дефицитного и нужного в этот момент "лекарства". Слегка согревшиеся зэки благодарно жали ему руку, от души поздравляли и клялись в вечной дружбе. За все это время, благодаря своему уравновешенному характеру, стойкости и мужеству, а также душевной доброте, Азамат так и не нажил себе врагов. С уважением и почтением к нему относились как арестанты, так и "мусора". И те и другие понимали, что по приходу на зону ему уже уготовано место "положенца", и все старались во всем ему угождать. Зона, куда они прибыли, на удивление, оказалась не "красной": хотя в ней и имелся свой "актив", но масть держали воры, и Азамату был оказан радушный прием. Здесь всем была известна его биография, и, поэтому, он был непререкаемым авторитетом. Положенцем на зоне был законник, чей срок заключения уже закончился, но он не выходил на свободу, так как некому было передать зону. Он с распростертыми объятиями и нескрываемой радостью встретил Азамата и с удовольствием в присутствии всей лагерной воровской "элиты" передал ему "бразды правления". Так начался новый этап его жизни, в которой уже не было возврата к прежней жизни и мечтам о прекрасном будущем.