Спать после ночной смены хотелось просто ужасно! А тут еще начальник вызвал. И чего ему неймется – еще семи нет, а он на работу приперся!
- Вот что, Ерохина. Специально пришел, чтобы тебя застать. Что же ты, а? Взяли тебя в цех к нам, потому, что свекровь твоя просила, уважаемый человек. Хвалила тебя, работящая, мол. Ну да, ты работящая. Но совести у тебя совсем нет! Воруешь ведь по-черному!
- Да что там ворую! Подумаешь, масла возьму грамм сто для ребенка!
- Да если бы сто! – лицо Палпалыча побагровело. – Все берут понемножку, я же знаю. Но ты же – килограммами несешь!
- Чего это? – Лора сделала обиженное лицо. – Вранье это! Я – как все!
- Да не как все! У нас же все годами работают, такого не было никогда! А ты пришла, сразу помногу стало не хватать! Так что нечего мне тут заливать! – Палпалыч стукнул кулаком по столу. – Только вот понять пока не могу – как ты ухитряешься-то? Через вахту ведь не выносишь!
- Вот именно, не выношу! И нечего поклепы возводить! У других, вон, смотрите!
- Ладно, Ерохина. Не пойман, как говорится… Но уж смотри, если так дальше будет продолжаться – вылетишь с работы! Найду, на чем тебя прижучить! И на свекровь твою не посмотрю! – Палпалыч налил себе воды из чайника.
Лора хотела еще поспорить, но он махнул рукой:
- Все! Слышать ничего не хочу! Иди!
Лора шла домой и чуть не плакала.
Она, что ли, виновата, что жизнь такая?
Хорошо Палпалычу говорить! У него уже все есть – квартира, дача, машина. Дети взрослые, тоже на теплые места устроены, ни в чем не нуждаются. А тут ни на что не хватает! Зарплата – кошкины слезки, да и ту задерживают. Если бы не Ромкина работа на пристани на лесопилке – сколько сделал, столько и получил – совсем не знала бы, на что жить.
Да еще за жилье плати!
Хорошо, что они сняли частный дом, а не квартиру – дом, конечно, развалюха, зато дешево, и Татке раздолье погулять. Ну, и зеленушку какую-никакую она посадила, картошки немного. Да пара кустов смородины есть, каждый день на морс Татке понемножку собирает. А у щенка своя будка. В квартире-то собаке делать нечего!
Да если бы дело только в деньгах было! Даже если они есть, пойди-ка купи что-то нужное! Вон, мяса по талонам дают полкило в месяц на человека! А масла – сто грамм. И масло, как и сметана, и творог, в настоящую валюту превратилось. Вот только творогу много не унесешь, его и делают-то на нашем маслозаводике совсем мало. Со сметаной связываться тоже неохота, так, немножко для Татки. А вот масло! Удалось килограмм унести, а за этот килограмм ей заврайпо сапоги югославские продала. А поди-ка их достань! Да-да, можно наши купить. Только их надеть страшно. И развалятся через месяц. Выброшенные деньги, в общем. А кроссовки Ромке! А в садик приличный Татку просто так взяли, да? А у свекрови скоро юбилей: нужно торт хороший – вот масло надо и на крем, и женщине, которая торты печет, тоже. Да еще Лора умудрилась «бартер» устроить: соседка, через три дома от них, в колбасном цехе работает. Лора ей масло, а она Лоре – колбасу, сосиски. Тоже ведь, наверное, выносит как-то! Да и просто продать? Бабы у нее это масло с руками отрывают, хоть и дороже, чем в магазине. Да еще просят. И что ей эти сто грамм???
Так что уносила Лора масло и будет уносить. И не поймают. У них с Ромкой свой метод: она потихоньку в кладовку относит, будто идет в туалет, или «подышать» - вроде, ей так легче с сонливостью бороться. А часа в три ночи, когда у теток бдительность ослабевает, и они только и думают, как бы до утра продержаться, Ромка с той стороны забора посвистит, она ему и перекидывает. А домой идет – пожалуйста, смотрите и сумку, и карманы, сколько влезет!
Ты вот, Палпалыч (мысленно продолжала Лора спорить с начальником), ноченьку выспался, сейчас посидишь в теплом креслице, поруководишь, а потом домой, обед-ужин тебе жена наготово подаст, да и не чета нашим, наверное. И отдыхай себе, думай, кого бы еще поругать.
А я вот после ночи работы на ногах хорошо, если часика два посплю. Да и то, спасибо свекрови, что забирает ребенка к себе, когда Лора в ночную. А потом сразу в садик отводит.
А потом – постирай, прибери, в магазин сходи, приготовь. Сейчас уже холодать стало, надо и печки к вечеру натопить. Спасибо мужу, хоть с дровами и водой мороки не знает. Ночная смена выгоднее, конечно - и платят больше, и унести можно. Только тяжело.
Рома уже на работу ушел, за ними автобус в семь тридцать приезжает, на пристань их везет.
Лора вошла в калитку. Под ноги с повизгиванием бросился щенок.
- Что, Тобушка? – ахнула Лора. – Не кормил тебя хозяин? Велела ведь дать тебе кашу вчерашнюю! Ну, ничего, сейчас покормлю. И каши тебе дам, и творожку свеженького!
В кухне на столе был полнейший разгром: грязная, уже засохшая посуда, кухонное полотенце тут же, сковорода с остатками масла. Неужели Ромка решил яичницей позавтракать? Ведь просила его – два яйца всего осталось, не трогай, на тесто нужны! Что яичница мужику – съел и голодный, а пирожками все наелись бы! А убрать за собой, хотя бы посуду сложить? Руки, что ли, отсохли?
Ну, погоди, Ромушка, получишь вечером!
Лора намешала Тобику вчерашней каши с творогом, разобрала стол, посуду сложила в миску, насыпала соды и залила водой. Потом вымоет, когда поспит. Постель, конечно, тоже была не застелена. Ну и ладно, все равно она сейчас ляжет.
Лора сняла одежду, бросила в кресло – потом уберу - и рухнула в постель.
***
Понравился рассказ? Буду рада лайку )))
Продолжение: Тяжелый вечер
#рассказыизжизни #жизньвссср #семьейныеотношения