"Храбрый молодец", - крикнул хозяин, и "ура Бэкону", - закричали его ближайшие единомышленники

"Храбрый молодец", - крикнул хозяин, и "ура Бэкону", - закричали его ближайшие единомышленники, многие из которых принадлежали к добровольческой военной роте, командиром которой он был, и увидеть которых было целью его визита в "Армс". Взяв Дадли за руку и подозвав других членов отряда, он пригласил их на приватную беседу в другую квартиру. Когда Бэкон проходил мимо Фрэнка Беверли, между ними произошел взаимный, но холодный обмен любезностями.

Бэкон обменялся взаимным, но холодным приветствием - достойным и вежливым со стороны первого, и холодным, надменным и насмешливым со стороны второго - чувство негодования нисколько не уменьшилось, вероятно, из-за того, что Беверли и его сторонники были исключены из частной встречи, о которой только что говорилось.

Хотя это было первое появление Бэкона на публике после его резкого отъезда из дома его друга и покровителя, это был не первый его визит в гостиницу, где он и его сторонники теперь проводили свое собрание. В предыдущий вечер, до приключений, описанных в предыдущей главе, он частным образом посетил хозяина гостиницы для некоторых целей, связанных с нынешней встречей его друзей, но о которых он ни в коем случае не хотел, чтобы стало известно всем. Во время этого визита хозяин дома сообщил ему о коварном замысле, задуманном его соперником с целью лишить его удовольствия получить руку Вирджинии во время предстоящих празднеств в особняке губернатора, и первым его намерением было противодействовать их махинациям. Но его мысли были настолько заняты приключениями предыдущего вечера, что все мелкие интересы ускользнули от его внимания. Целью его визита в это утро было исправить это упущение; но мистер Фэрфакс принял его так холодно и формально, а его дочь была так смущена, что он отказался от этой затеи и покинул дом с приятными эмоциями. В самом деле, из-за различных комбинаций партий и фракций он видел, что его собственное положение становится все более неловким и трудным, и еще более - из-за нейтрального положения, в котором он оказался - частично из-за тайны, связанной с его происхождением, и частично из-за его связи с Затворницей. Но пусть Независимые, с одной стороны, и Кавалеры, с другой, строили заговоры и контрзаговоры, как могли, его курс был четко определен в его собственном сознании. Ни одно из сомнений относительно того, по какому поводу ему следует вступить в бой, на которые намекали некоторые персонажи нашего повествования, на самом деле не существовало в его сознании. Его путь был прост, мужественен, прям и честен. Тем не менее, как мы уже видели, ему не удалось полностью избежать подозрений. Но, доверяя честности своих намерений, он предпринял свои меры в это насыщенное событиями утро с одной целью - сохранить общественный мир и дело правды, справедливости и человечности. Именно для достижения этих великих целей он собрал членов военной роты, командиром которой он был. О том, какую службу им предстояло нести, будет рассказано в последующих главах.