«Если на больших островах еще остались жители, то маленькие совершенно обезлюдели. Когда-то и они были обитаемы, об этом можно судить хотя бы по оставшимся каменным сооружениям».
«— Теи, — спросил я однажды, — из-за чего, по-твоему, вымер твой народ?
— Болезни виноваты, их сюда привез двойной человек (европейцы. Т.В.), — ответил он. <…>
Двойной человек принес на острова кашель, лихорадку и боли в животе. Смерть косила островитян.
— Прежде мы никогда не умирали от болезней, — сказал Теи Тетуа. — Люди делались совсем старыми, похожими на высохшие шкуры. Они могли лишь сидеть на одном месте, и приходилось их кормить. Молодые умирали, например, если упадут и шею сломают. Или в океане нападет акула, мурена. Или в битве голову разобьют палицей».
(Т. Хейердал. В поисках рая)
В приведённых цитатах речь идёт о судьбе Маркизских островов: заселённые в начале первого тысячелетия переселенцами с запада, эти острова в эпоху географических открытий оказались на пути европейцев. На острове Рапа-Ити, например, в результате контакта с европейцами население сократилось с 2000 человек в 1826 году (когда туда прибыли первые миссионеры) до 500-600 человек четыре года спустя, в 1829. В целом, численность населения архипелага снизилась с 78 000 (а по некоторым источникам, даже более 100 000) человек в середине XIX века до 4000 человек в начале XX века. Заболевания, поразившие островитян, были различными: туберкулёз, оспа, дизентерия, но для народов, которые в течение многих веков развивались изолированно, смертельно опасными оказались и корь, и наш самый обычный грипп. В книге «В поисках рая» есть очень характерный эпизод. Знакомый из близлежащей деревни предупредил чету Хейердалов о надвигающейся эпидемии «чумы»; через некоторое время супруги заболели – и вскоре поправились: страшная «чума» оказалась обыкновенным гриппом. Спустя небольшое время Хейердала попросили сфотографировать мальчика. Выяснилось, что он остался единственным ребёнком в семье: остальные дети не пережили эпидемию.
Эту историю я привожу в качестве частичного ответа на вопрос А. Ладо: «Вот "правило", которое часто соблюдается в фантастике, мол, человек не может заразиться чем-то на чужой планете, - ты его разделяешь?»
Собственно, у писателя-фантаста, пишущего о других мирах и братьях по разуму, есть два пути.
Первый (и вроде бы самый очевидный) – придумывать миры, обитатели которых радикально отличаются от людей. Кремнийорганическая жизнь, разумные камни, разумный океан планеты Солярис – всего не перечесть, ведь нас не может не волновать мысль о возможном столкновении с чем-то, выходящим за рамки человеческого опыта. Вспомните, например, персонажей «Вавилона 5» или «Звёздных войн». В конце концов, темой становится даже не само столкновение, а наведение мостов между разумами.
Второй путь – сделать обитателей чужих планет отличающимися скорее традициями и мировоззрением и лишь в меньшей степени – анатомией и физиологией (и то лишь в том объёме, который необходим для создания культурных различий). И это совсем другой веер возможностей для авторов. Например, в Мирах Полудня А. и Б. Стругацких герои-земляне неотличимы от коренных обитателей других планет, и это даёт возможность сделать акцент на том, что непосредственно связано с социальным строем и воспитанием; гермафродитизм жителей планеты Гетен («Левая рука тьмы» У. Ле Гуин) - это не способ подчеркнуть инородность гетениан, а повод поговорить о роли гендерного восприятия в жизни человека.
И в Мирах Полудня, и в Хайнском цикле небывалое сходство обитателей разных планет объясняется панспермией: они происходят от общих предков, хотя расселение и состоялось в незапамятные времена. Ну а в сериале «Вавилон 5», соответственно, варлонцы, земляне и другие имеют разное, независимое друг от друга происхождение.
О чём нужно помнить в рамках каждого из подходов?
Сперва – напоминание: белки живых существ, населяющих нашу планету – это длинные цепочки из сотен аминокислотных звеньев, способные сворачиваться в шарики-глобулы или же образовывать прочные тяжи, короче – принимать те формы, которые позволяют каждому белку выполнять его функцию. При этом аминокислот, принимающих участие в формировании белка, всего лишь двадцать (ну хорошо, если считать некоторые модификации – двадцать две), хотя известных науке аминокислот на самом деле много больше – около пятисот. Кроме того, так уж получилось, что для записи последовательности аминокислот в белках наши клетки используют гигантские молекулы ДНК, замечательные тем, что это – двойные спирали, состоящие из комплементарных друг другу пар нуклеотидов; способ записи – генетический код – также по большому счёту одинаков для всех живых существ (небольшие отклонения от стандартного кода существуют, но это не мешает считать обладателей таких отклонений нашими слегка чудаковатыми, но несомненными родичами).
Независимое происхождение жизни
Здесь можно вволю помечтать, конечно, не упуская из вида законы физики и химии. Однако если в вашем произведении жизнь оказалась не какой-нибудь принципиально иной, а всё-таки углеродной и белковой (как на нашей Земле) – учтите: аминокислотный состав белков наверняка будет сильно отличаться от нашего. Вероятность его полного совпадения – одна пятисотая в двадцатой степени, что, согласитесь, должно идти уже по разряду чуда. А если аминокислоты будут другими – наши пищеварительные ферменты не смогут расщеплять такие белки; то есть, случайно найти нечто съедобное для нас на такой планете не получится. Иным может оказаться и носитель информации, и способ кодирования. Утешительный приз: если нас съест местный хищник, то на пользу ему это тоже не пойдёт. Ещё один утешительный приз: местные вирусы и бактерии (точнее, их аналоги) не смогут вызвать у нас каких-либо заболеваний.
Панспермия
Общее происхождение означает полное или почти полное совпадение всего того, о чём я говорила выше: аминокислотного состава, нуклеотидов ДНК и РНК, генетического кода. Это будет означать, что, оказавшись в одиночестве в девственном лесу такой планеты, мы сможем кое-как прокормиться, хотя, возможно, непривычная пища причинит нам некоторые неудобства. Что плохо: местные вирусные заболевания будут для нас губительны настолько, насколько европейские заболевания стали губительны для обитателей Маркизских островов. Сами мы тоже сможем стать источниками биологической угрозы для местной жизни: ведь даже если мы обработаем себя дезинфицирующим раствором – нам никак не изменить того факта, что наш кишечник заселён симбиотическими бактериями; как знать, не станут ли какие-то из них возбудителями страшных новых заболеваний для аборигенов, с которыми нам придётся столкнуться.
©Татьяна Виноградова для Синего Сайта
Не пропустите новые публикации, подписывайтесь на наш канал, оставляйте отзывы, ставьте палец вверх – вместе интереснее! Приносите своё творчество на Синий Сайт! Самые интересные работы познают Дзен!
#синий сайт #полезно для авторов #литература #биология
Не пропустите новые публикации, подписывайтесь на наш канал, оставляйте отзывы, ставьте палец вверх – вместе интереснее! Приносите своё творчество на Синий Сайт! Самые интересные работы познают Дзен!