В 1973 году на советские экраны вышел фильм «Неисправимый лгун», главный герой которого попадает в совершенно невероятные ситуации, выглядящие как полная ложь. Одним из эпизодов, который случился с главным героем, стала встреча с добродушным и прогрессивным эмиром Бурухтании, имеющим весьма экзотичное имя и нумерацию — Бурухтан-второй-второй. По сюжету эмир приехал с дружеским визитом в СССР и потерял фамильную реликвию, которую как раз нашел и возвратил Бурухтану главный герой. Фильм имел большой успех, а фразы «опять набурухтанился» и «в нашей Бурухтании очень хорошо» стали народными.
Но впрочем, стоит задуматься — как такое может быть, что пусть даже в комедии в страну развитого социализма не только приезжает, но и показан весьма позитивно недобитый феодал? Мог ли быть прототип у прогрессивного и образованного эмира загадочной Бурухтании? И, конечно, он был.
В 8 ноября 1933 года к власти в Афганистане пришел Захир-шах. Будучи человеком крайне неординарным, он получил блестящее образование в Сорбонне, знал много иностранных языков. Как часто бывает с правителями, Захир-шах был также верховным главнокомандующим, однако не стремился к высоким титулам сохранял весьма скромные чин, который честно выслужил во время стажировки во французской армии — весьма важная деталь, показывающая личность и отношение к власти.
Все свое 40 летнее правление, которое сами афганцы с ностальгией называют «золотой эрой», Захир-шах стремился сделать свою страну процветающей и не зависимой как от Запада, так и от СССР. Этих целей он добивался весьма умелой дипломатией, балансируя между интересами всех крупных игроков. Об этих его талантах весьма наглядно говорит и тот факт, что шах имел хорошие отношения и с временами импульсивным Хрущевым, и с Брежневым. Вообще, Захир-шах, как и его киновоплощение Бурухтан-второй-второй, часто посещал СССР, в том числе и неформально. Особенно примечательно, что после одной из своих поездок он ввел элементы государственного планирования в экономику Афганистана — пятилетки, мера при умелом использовании, весьма пригодная для развивающихся стран. Также шах изучал советскую промышленность и особенно нефтяную отрасль, так как старался перенимать любой полезный опыт.
В 1964 году Захир-шах ввел конституцию, которая хотя и сохраняла огромную власть шаха, все же была революционной. Так по ней произошла дешариатизация правовой системы и введены исключительно гражданские правовые законы. Был учрежден и создан представительный парламент и органы местного самоуправления. Особенно примечательно, что по конституции родственники шаха не могли становится министрами, участвовать в политических партиях и так далее, что для Афганистана, всегда раздираемого клановыми противоречиями, было весьма актуально.
Вообще шах действительно был, конечно не идеальным, но относительно разумным правителем-реформатором. Возможно, если бы ему досталась менее бурная и этнически сложная страна, то он бы смог добиться успехов. Но реформы проходили со скрипом, и почти как и везде на Востоке, огромное фанатично-религиозное и деревенское население просто не успевало за ними — пропасть между городом и деревней росла. Росла и оппозиция, причем, как слева, так и справа. Поэтому не удивительно, что в 1970 году произошло масштабное волнение клерикалов, которое стало прологом к свержению шаха его двоюродным братом в 1973 году, когда по иронии судьбы и вышла комедия «Неисправимый лгун»...
Автор - Антон Казаков