Всякий раз, когда заходит речь о триллере 1978-го года «Я плюю на твою могилу» (он же – «День женщины»), неминуемо всплывает упоминание фильма Ингмара Бергмана «Девичий источник» (1960). Виной тому, скорее, сам режиссёр Мейр Зархи, который именно бергмановский шедевр называет главным источником своего вдохновения. Сложно представить, что кому-то ещё «День женщины» может напомнить давнюю шведскую киноклассику, ведь общего у них – только основной сюжетный «движетель».
«Я плюю на твою могилу» начинается с того, что молодая писательница-новеллистка покидает шумный Нью-Йорк и едет в тихую провинцию. Там она сняла на лето уютный домик в живописной местности на берегу реки, чтобы в одиночестве написать первый свой роман. Но по пути к этой идиллии она неосторожно перебрасывается парой фразой с местными парнями, тусующимися на автозаправке. Ну, а те быстро находят оправдания тому, чтобы навестить приезжую и надругаться над ней («сама спровоцировала», «все городские девки – давалки», и так далее).
У Бергмана тоже группа мужских особей снасильничала невинную девушку. Вот только у него нежный цветок увядает от такого обращения, а суровый папа жестоко расправляется с шайкой негодяев. У Зархи же жертва поступает совершенно по-американски: она не только стойко переживает все издевательства и страдания, но и берёт отмщение в свои руки, не рассчитывая ни на чью помощь.
Сложно сказать, какую часть американского фильма мучительней смотреть – на рекордно длинную (25 минут!) сцену надругательства над женщиной или на последующие способы мести, очень изобретательные, жуткие, хоть и не совсем правдоподобные. Многих зрителей выворачивало от всей ленты в целом, и они по выходу из кинотеатров так расписывали увиденное, что некоторые критики причисляли «День женщины» к худшим фильмам всех времён и народов, даже не посмотрев его.
Понятно, что в некоторые страны ход такой ленте вовсе был «заказан». В Советском Союзе, например, и речи быть не могло, чтобы картину Мейра Зархи показали хотя бы в урезанном виде. Зато советские пропагандисты долгие годы использовали его среди других пугалок, расписывая, как же ужасен и аморален кинематограф капстран. Но и капстраны не отставали в цензурировании «Дня женщин» - в Штатах фильм кромсали по нескольку раз, как и в Британии, а в Австралии и вовсе запрещали на долгие годы.
Собственно, двойное название – это тоже следствие дурного приёма после премьеры. Наименование «Я плюю на твою могилу» фильм получил в 1980-м году, когда слегка позабылся дурной повсеместный приём его у критиков под названием «День женщины», и продюсеры решились на повторный прокат.
Под любым названием лента Зархи стала одной из самых гонимых, цензурированных и проклятых картин. Проклятья в её сторону летели, среди прочего, от феминисток, которые посчитали сие произведение сексистским и эксплуататорским. Понадобилось много лет, чтобы влиятельная британская феминистка Джулия Биндел, пересмотрев «Могилу», распознала в ней гимн сильной, волевой, смелой и самостоятельной женщине.
Очень жаль, что кровища, насилие и обильная обнажёнка не позволили зрителям и критикам разглядеть, что на самом деле «День женщины» - это очень талантливое кино, особенно с учётом того, что снимал его дебютант, приехавший в Америку из Израиля и учившийся киноискусству в кинотеатрах, где он запоем смотрел «хорошие фильмы» (в том числе, и бергмановский «Девичий источник»).
Видимо, просмотры европейских шедевр благотворно повлияли на дебютанта. Раздобыв на первый фильм денег (совсем небольших), он осмелился снять настолько радикальное кино, сам написав к нему сценарий и набрав актёров без опыта. Актёрским опытом обладала только исполнительница главной роли Камиль Китон (между прочим, родственница, а не однофамилица великого американского комика). Она как раз вернулась из Европы, где снималась в череде итальянских ужастиках и триллерах. На родине ей сразу попалось на глаза объявление с предложением стать звездой фильма начинающего режиссёра, и она с лёгкостью обошла множество других претенденток.
Впоследствии даже ненавистники «Дня женщин» признавали, что вот исполнение Камиль Китон главной роли удалось на славу. Ну, и смелость изящной, хрупкой, худенькой девушки, которая огромную часть экранного времени находится в кадре частично или полностью обнажённой, признавали тоже.
Признания же своих талантов Зархи дождался гораздо позже, после обретения фильма «Я плюю на твою могилу» культового статуса. Тут-то ценители бескомпромиссных триллеров (и не только они) заметили, как умело дебютант нагнетал напряжение с помощью монтажа и длинных планов, как удивительно работает с непрофессиональными актёрами, выуживая из них интересные реакции и заставляя каждого персонажа сделать выделяющимся, незабываемым и совсем не одномерным. Наконец-то отдали должное и смелости режиссёра полностью отказаться от использования закадровой музыки, которая часто служит «подпоркой» для менее талантливых постановщиков, не умеющих чисто кинематографическими методами вызывать у зрителя нужные эмоции.
Но было уже поздно. Словно раздосадованный неодобрительным приёмом, Мейр Зархи после «Я плюю на твою могилу» почти забросил кинематограф. Через 7 лет он снял боевичок «Не путайся с моей сестрой!», лишённый и тени таланта, который был виден в дебюте, а затем исчез из кинорежиссуры на десятилетия.
Про вторую часть фильма читайте здесь:
Второй день женщины, попытавшейся повторно плюнуть на чужие могилы