Он сказал мне «ничего» и ногою подвинул осколки в сторону

Потом проявил ко мне интерес, как человек к человеку. — Женат? — спросил он. — Да нет,— говорю,— я из Бахчисарая. — Бродяга?—И он подморгнул, показывая, что он свой парень. — Да так,— философски ответил я.— Все мы бродяги. Ровесник похлопал меня по плечу и простонародно заржал, опускаясь до моего уровня. Я понял, что у меня не вычтут за разбитые кирпичи. Тем временем смуглый танцующий Шараф довел саман до нужной кондиции. Хозяин вооружил нас ведрами, и мы принялись гуськом таскать раствор на'крышу строящегося дома.'С крыши открывался волшебный вид на мечеть Биби-Ханым. Но хозяин был наблюдательным. Когда кто-либо из нас замешкивался, любуясь видом, он кричал «Эй!», и чай в пиале бурлил от его голоса... Смуглый Шараф внимательно посмотрел на мои руки литературного сотрудника и стал наполнять ведро лишь на три четверти. Торжествовал принцип солидарности.

А между тем близилось великое противостояние шашечных гроссмейстеров Щеголева и Андрейко: в городском театре завершался международный тур нир «Самарканд-70». Я отпросился на час раньше, вследствие чего из поденной платы моей был удержан рубль. Когда спустя несколько дней .я ближе познакомился с моим хозяином и узнал, что это неработающий сапожник Кайков, а он ближе познакомился со мной и узнал, что я работающий журналист Киреев, то он предложил мне этот рубль обратно. Я сообщаю об этом, дабы нарисовать объективный образ хозяина. В гостиницу вечером я возвращался пешком, оберегая чистую одежду самаркандских пассажиров. Путь мой лежал через рынок. Пышный и красочный с утра, тихо умирал он своей ежевечерней смертью, чтобы завтра буйно воскреснуть вновь. Среди стоящих за прилавком увидел я того старика в халате и с бородкой, который едва не нанял меня нынче на огородные работы. — Мальчик! — позвал он меня, не узнавая.— Мальчик! Очень хороший огурчик, три рубля кило.— И золотые зубы его блеснули, как минарет. Прибавочная стоимость с лихвой входила в эту цену, грамотно подумал я, приобретая продукт. Сегодня это было допустимо. Сегодня мои командировочные увеличились втрое... Я шел по улицам великого города, грыз огурец и глазел на памятники старины. Это были удивительные памятники, но меня не покидала мысль, что самый редкий и странный для нас памятник старины я уже видел сегодня. Памятник, который в отличие от мечети Биби-Ханым не охраняется государством.