На вторую сессию Вадим пришел минута в минуту. Он держался сухо и демонстрировал желание без промедлений перейти к делу.
— Я принес кое-какие записи, — сказал он и начал как и в первый раз доставать из портфеля бумаги. — Здесь мои размышления.
После лидерского тренинга я уже кое-что понял для себя и пытался систематизировать выводы.
Нельзя было не заметить: тренинги стали значимым событием в жизни моего клиента. Вообще-то гораздо чаще, приходя ко мне, мои новые клиенты отзываются о предыдущем опыте консультирования негативно. Одни недовольны, что не получили помощи и потратили деньги зря, другие выражают идеологическое несогласие с теми, кто их консультировал, или просто человеческое неприятие и т.д.
Вадим же не просто позитивно отзывался о своих бизнес-тренерах, он превозносил их. Это совсем не увязывалось с другой особенностью Вадима — во всех неприятностях перекладывать ответственность на других людей. Именно это и было странно. Ведь, судя по всему, эти тренинги, их результаты никак не помогали ему сейчас. Я решила детально разобраться в этом парадоксе. Поэтому попросила Вадима рассказать о том, что привело его на эти тренинги.
Вадим рассказал, что всегда был озабочен собственной эффективностью и эффективностью своего бизнеса. Он закончил обучение в авторитетной программе Executive MBA, много сил отдавал самообразованию, переработал немалое количество книг по менеджменту и предпринимательству. Он был уверен, что теперь эксперт в этом вопросе.
Важно отметить, что к моменту кризиса бизнес Вадима был достаточно устойчив и выдержал удар. Да, прибыли резко упали, некоторые проекты были законсервированы, некоторые контракты расторгнуты, но тем не менее компания продолжала существовать, и ей не угрожало банкротство. Постепенно дела стабилизировались. Но Вадима категорически не устраивало то, что они стабилизировались на среднем уровне.
Скажите, Вадим, ваш партнер Георгий разделяет вашу оценку ситуации?
— Нет. — Вадим скептически поджал губы. — Я должен уточнить кое-что. У нас в компании своего рода разделение труда. Гоша в большей степени занимается творчеством. Он общается с заказчиками уже на этапе работы над проектами, курирует наших архитекторов и дизайнеров, сам занимается проектированием. Знаете, он несколько далек от финансовых вопросов. Гоша — художник. Он относится к кризису философски... — Вадим натянуто улыбнулся, сделав это подчеркнуто фальшиво, как бы давая понять, что точка зрения Георгия не заслуживает хоть сколь-нибудь серьезного рассмотрения.
Мимически Вадим передавал следующее: «Гоша витает в облаках».
— Что значит «философски»? — спросила я.
— Ну... Он считает, что кризис — это некая временная трудность. Черная полоса, за которой последует белая. По его мнению, через какое-то время экономика придет в себя, люди снова захотят вкладывать деньги в строительство, и все вернется на круги своя.
— Вы так не считаете?
— Послушайте, я — не прорицатель. Я не знаю, придет ли в себя экономика и когда она собирается это сделать. Я четко знаю одно: сегодня я не справляюсь со своими задачами! — сказал Вадим с раздражением.
— То, о чем вы говорите, похоже на переживание поражения? — спросила я.
— Да. Пока я двигался к своей цели согласно намеченному плану, все было в порядке. Я понимал, что сумма, которую я вот- вот должен заработать, даст мне определенные гарантии.
— Гарантии?
— Именно. Владея такой суммой, я мог бы быть уверен, что с моей жизнью все будет в порядке — я смогу делать то, что хочу. И что бы ни случилось, я всегда смогу поддерживать свой уровень жизни, — сказал Вадим и, немного погодя, особо отметил:
— Уровень, к которому я привык.
В этот момент я почувствовала, что уже не вполне понимаю, о чем, собственно, идет речь. Что все-таки беспокоит этого молодого красивого парня? Он не может позволить себе проиграть? Он хочет быть победителем даже в поединке с мировой экономикой? Или же он страшится потерять свои дорогие костюмы?
— А что для вас значит поддерживать привычный высокий уровень жизни? — спросила я.
— Не знаю... — Вадим пожал плечами. — Определенный уровень комфорта, возможность покупать машины, которые я хочу, улетать в любую точку планеты, когда я захочу... Это моя жизнь. Она мне нравится. Это часть моего «Я».
— Вадим, мне хотелось бы кое-что уточнить. Скажите, сейчас, после кризиса, вам необходимо расставаться со своими привычками?
— Нет. Такой необходимости нет. Формально нет.
— Что значит формально?
— Это значит, что сейчас я могу позволить себе тратить столько же, сколько тратил и раньше. Но я не делаю этого. Сознательно. Я изменил свое отношение к тратам в интересах собственных жизненных целей.
— Предположим, вы лишитесь привычных финансовых возможностей. Что с вами будет?
Вадим глубоко вздохнул.
— Ох, ну, конечно, я не умру. Миллионы людей обходятся без таких возможностей и ничего, как-то живут. Даже миллиарды. Потеряв определенный уровень дохода, я стану одним из этих миллиардов — превращусь в серого земляного червя. И мысль об этом мне невыносима,
— Вадим закончил резко и эмоционально.
— А что для вас значит жизнь червя?
— Дешевый костюм, утром в метро, вечером в метро. — Вадим нервно передернул плечами. — Лучше вообще не жить, — проговорил он.
Продолжение истории читайте в книге «Бизнес и/или свобода».
