—Продай его,— сказала я.

В саквояже хранились и другие ценности, которые она посчитала слишком дорогими для чемоданов: миниатюрная статуэтка из нефрита, пара фарфоровых собачек и небольшие каминные часы. Я увидела, как она добавила к ним два свитка, завернутых в ткань. Но потом я поняла — это не свитки, а те чертовы картины, которые принадлежали матери. Их написал Лу Шин.—Я думала, ты их выбросила,— удивилась я.—Я же сказала тебе тогда, что возьму их себе. Мне нравится, как они нарисованы, и мне неважно, кто их автор.—Просто постарайся повесить их там, где я не буду их видеть.Волшебная Горлянка нахмурилась:—У тебя два сердца: одно доброе, другое — злое. Теперь у тебя есть Эдвард, ты начинаешь новую жизнь, так что можешь смягчить свое сердце, успокоить его. Тебе не обязательно становиться такой, как я.@@За нами приехала машина, чтобы перевезти нас в новый дом. Эдвард отправился раньше нас: он хотел убедиться, что все в порядке. Сердце у меня билось так быстро, что мне хотелось побежать, чтобы успеть за его ритмом. Наконец-то я оставляю жизнь куртизанки! Но я повсюду видела знаки, что это было ошибкой: смеющаяся птица, прореха на подоле юбки, внезапно налетевший ветер. Как бы я ни старалась избежать неудач, они все равно настигали меня. И неважно, обращала ли я внимание на знаки беды,— результат был одинаков.Мы заехали во двор через ворота. Дом был высоким, словно «Тайный нефритовый путь», но из-за каменных стен казался похожим на крепость.Эдвард подбежал к машине и распахнул дверь. Сначала он помог выйти Волшебной Горлянке.—Как ты думаешь, сможешь ли ты здесь быть счастливой?— спросил он с озорной мальчишеской улыбкой.Я посмотрела на большой дом и на маленький гостевой домик напротив него. Слева виднелись сады и еще несколько небольших строений в похожем стиле. Выглядело все так, будто бывшие каменные крылья большого дома отломились и отделились от него. Дорожка, ведущая к дому, была обсажена небольшими кустами роз. Под ними росли желто-фиолетовые цветы — фиалки. Я нечасто встречала их и решила, что это хороший знак и что пора перестать все необычное считать признаком грядущей беды.—Мистер Шин у себя? Мы должны немедленно поблагодарить его.—Он уже уехал,— ответил Эдвард.— Мы можем послать ему письмо. Как только ты войдешь в дом, сама увидишь, чем мы ему обязаны.Мы прошли через высокие, в два раза выше человеческого роста, двойные двери и оказались в прохладном вестибюле. К нам тихо скользнул слуга, ловкими движениями помог снять наши длинные пальто и унес их. Волшебная Горлянка не позволила ему взять свой небольшой саквояж с ценностями. Меня тут же до костей пробрал озноб, и я уже хотела позвать слугу, чтобы он вернул мне пальто, но Эдвард провел меня через другую дверь в большой и хорошо отапливаемый квадратный зал. Напротив входа находился камин, а над ним — огромное зеркало. Такие порой можно обнаружить в лобби отелей. Я подошла к нему и увидела в нем свое лицо. Неужели я так и выглядела — робкой и растерянной? Я собрала всю свою уверенность популярной красавицы. Но мне не удавалось отогнать чувство, что я не принадлежу этому дому и никогда не буду принадлежать. Мебели было немного, но она выглядела дорогой и была подобрана с отличным вкусом. Здесь не было ни ваз-плевательниц, ни бархатных, ниспадающих до пола портьер. В зале резко пахло чем-то незнакомым, воздух казался более разреженным. Волшебная Горлянка обошла комнату, ступая так неуверенно, будто от ее шагов плитка на полу могла разбиться.Я провела рукой по каминной полке. Ее скругленные мраморные углы и края напоминали расплавленный воск, застывший мягкими волнами. В камине полыхало яркое пламя, и чем теплее мне становилось, тем свободнее я себя чувствовала.—Только взгляни, как тот слуга на меня смотрит,— прошипела Волшебная Горлянка.— Будто считает, что я ниже его по уровню!— она посмотрелась в зеркало.— Платье еще безобразнее, чем я думала. Выглядит как дешевка.Эдвард дал знак слуге отодвинуть несколько разрисованных ширм, представляя нашему взгляду гостиную, мебель в которой была изготовлена из драгоценного золотого дерева. Их ножки были оформлены в том же стиле, что и камин — струящийся расплавленный воск. На одном конце комнаты находился китайский пруд с миниатюрным садом камней. Мы с Волшебной Горлянкой подошли к нему, и к нам кинулась стая золотых рыбок с широко открытыми ртами — будто свора выпрашивающих угощение собак.—Они сейчас живьем нас съедят!— воскликнула Горлянка. Она тяжело опустилась на ближайший стул,— Все эти восторги порядком меня утомили. Мне нужно избавиться от этой одежды. Где моя комната?Эдвард дал знак служанке, и та позвала:—Мышка!В комнату вбежала девочка не старше десяти лет и предложила помочь Волшебной Горлянке донести ее саквояж, а когда Горлянка наотрез отказалась, женщина устроила девочке выговор за то, что та не помогла тетушке.—Эта женщина назвала меня «тетушкой»!— возмутилась Волшебная Горлянка.— Будто она младше меня! Я собираюсь ей сказать, что я миссис Ван, почтенная вдова богатого и образованного господина… и, разумеется, очень красивого. С чего бы мне воображать себе старого и безобразного мужа?Эдвард провел меня по широкой лестнице в библиотеку, где все стены были заставлены книгами. В одном конце стоял бильярдный стол с закругленными бортами и красно-зеленой бахромой, в другом — поставленные друг напротив друга два коричневых бархатных дивана вместе с креслами и квадратными столами для чтения, на которых стояли лампы. На столах лежали стопки книг.Мы прошли на другую сторону зала к закрытой двери. Эдвард сказал, что это будет наша спальня. Он открыл дверь, за которой оказалась небольшая комната, в которой из мебели имелся только маленький столик. Я была в недоумении, но он повел меня дальше, к другой двери и медленно открыл ее. Передо мной предстала большая комната, в которой из-за зеленых портьер на окнах царил полумрак. Спальня выглядела величественно, но без излишеств, в соответствии со статусом владельца дома. Напротив двери стояла огромная кровать с резным изголовьем. Изножье кровати было прямо напротив входа — плохой фэн-шуй. Он может принести дисгармонию в наши отношения и притянуть несчастья… Я резко оборвала себя. Мне не стоит больше думать подобным образом. Я быстро окинула взглядом обстановку: стены, обитые зеленым шелком, толстый персидский ковер на полу, камин из розового мрамора, небольшие столики, канделябры в форме тюльпанов. Я заметила, что Эдвард наблюдает за мной.—Ты довольна?—Да, разумеется. Но я чувствую себя незваным гостем. Мне понадобится время, чтобы привыкнуть к дому.Он провел меня через еще одну дверь в просторную гардеробную. Здесь был диван с розовой обивкой и два шкафа, стоящие вдоль стен. За гардеробной оказалась ванная комната с мраморными полом и стенами. Серебристые краны ярко сияли и по форме напоминали коллекцию пистолетов. Раковина была похожа на купальню для птиц, это сходство усиливали мраморные голуби на каждом из четырех ее углов. С другой стороны ванной была еще одна дверь. Я открыла ее и оказалась в другой спальне, оформленной в розовых тонах.