Готовят чангу из проса, кукурузной муки, сахара и воды преимущественно большими партиями – по 400-500 литров за раз. Сырье смешивают и сбраживают в огромных бочках, часто - в речной воде и в отнюдь нестерильных условиях.
В результате получается напиток с крепостью 50-60 градусов и стоимостью около 30 центов за стакан(дешевле хлеба). Производством занимаются в основном женщины. Пока мужья на работе, они круглосуточно принимают гостей, желающих отведать напиток или приобрести пару-тройку бутылок суррогата.
Алкогольные притоны пользуются большой популярностью, ведь выпивка для кенийцев – традиция, которую сами жители объясняют последствием пребывания страны в подчинении у Англии. По словам местных патриотов, именно англичане приучили народ к пагубной привычке. Сейчас около 40% населения Кении страдают алкоголизмом, а чангу употребляют 70% местных, включая детей.
«Может быть, богатые люди предпочитают Джонни Уокер, но настоящие кенийцев знают, что чангаа лучше.», говорит Диди, хозяйка одного из притонов. Но пьют чангу кенийцы вовсе не потому, что считают это хорошей альтернативой заводской выпивке. Причина такого выбора - дешевизна товара. Проблема в том, что ВВП на душу населения в Кении составляет 1,5 тысяч долларов в год, то есть 100$ в месяц считается достойной зарплатой среди жителей Кении. Но повеселиться хочется каждому, поэтому дома, где готовят чангу, никогда не пустуют без посетителей.
Главная опасность чанги – отсутствие контроля производства и элементарные ошибки, допущенные во время варения самогона. Иногда недобросовестные производители для большей «убийственности» напитка добавляют туда керосин, средство для бальзамирования или жидкость из аккумуляторов, что приводит к массовым отравлениям и смертям потребителей. Но самое страшное для алкогольных поваров – случайно произвести метиловый спирт вместо этанола. Ведь, как известно, от употребления метила можно моментально ослепнуть или даже умереть. Так ежегодно от отравления напитком в Кении погибают до 15000 человек.
В начале нулевых власти государства объявили войну подпольному производству. Но сотни рейдов по местам самогоноварения привели к вооруженным противостояниям между местной полицией и производителями, для которых самогоноварение – главный способ заработать на хлеб. В защиту производителей выступили адепты религиозного движения Mungiki, выступающие против западного образа жизни. Образование, христианство, принадлежность к нетрадиционной сексуальной ориентации и даже чтение классики мировой литературы проповедники секты считают преступлением и уподоблением культуре колонизаторов, за которое нужно наказывать, в том числе смертельной казнью. Так секта, насчитывающая около 500000 прихожан, признала варение чангаа исконной традицией кенийцев и вызовом бездуховному западу и стала «крышевать» местных производителей.
В 2010 году правительство Кении пришло к решению декриминализировать самогоноварение. Уголовная ответственность стала грозить производителям, которые добавляют «синтетику» в напиток и виновным в смерти от суррогата. Однако такие меры не привели к улучшению ситуации: до нынешнего времени ни один самогонщик не угодил в тюрьму, поскольку деньги решают все. Особенно в коррумпированной системе правосудия Кении. Поэтому количество смертей от употребления суррогата особо не уменьшилось.
Хотя, как известно, от злоупотребления алкоголем страдает не только Кения. Согласно официальной статистике, от отравления алкоголем в одной лишь России ежегодно умирают 500000 человек.