– Ты Кружек? – спросила Чаша у тени, стоявшей рядом с ней. – Нет, я Карл. – Но если бы ты был Кружеком, ты бы об этом сказал? – Да. Но я не Кружек. – Ясно, – сказала она. – Разговор меня разочаровал, Карл. Поиски шли совершенно безуспешно. – Тут есть немного света, – сказал Чашек, показывая на приподнятую платформу, окружённую лампами. – Пойдём туда. Конечно, легче сказать, чем сделать. Шатёр был набит поклонниками Салли Спектакль, и они честно заплатили свои двадцать пять центов, чтобы оказаться к Салли поближе. Чашека это, правда, не волновало – неужели кучка каких-то несчастных театралов заставит его стоять в заднем ряду? Они с Чашей опустили головы и, растолкав толпу, очутились… ровно в том месте, откуда начинали. – Это бесполезно, – сказала Чаша. Она была права, но это уж точно не их вина. Они натолкнулись на непреодолимый барьер, полностью состоящий из поклонников театра. Дорога к сцене была настоящими джунглями из локтей, колен и бёдер, так сильно придавленных друг к другу, что