– Чашек! – закричал Кружек, но никак не мог помочь брату. – А теперь, мои дорогие пернатые друзья, – объявил Скокус, – я распилю добровольца пополам! Зажужжала пила, и через несколько мгновений он исполнил своё обещание. Поначалу Чашек был слишком изумлён, чтобы хоть как-то отреагировать. Потом пошевелил пальцами ног, чтобы удостовериться, что они всё ещё двигаются. Они в самом деле двигались – что было очень странно, потому что его ноги лежали в другом конце сцены. – Эй, ты чего удумал? – закричал он. – Полегче, приятель, – ответил Скокус. – Соберись! Зрители истошно закрякали. Чашек стиснул зубы и дёрнул ногами, и, хотя две половины его тела были довольно далеко друг от друга, сразу стало ясно, что они обе одинаково разгневаны. – Мне нельзя оставаться таким, я ещё столько всего должен сделать! Почини меня! – потребовал он. Скокус зевнул. – Ага-ага, через минутку, парень. Сначала у меня представление, – сказал он и посмотрел в зал. – Так, у кого-нибудь есть часы? К изумлению Чашека, н