Киоск накренился на один борт

– Солёная Борода, ты слышал, что сказали «Мелы», – сказал он. – Дай мне мяч.

Чем дольше Чашек об этом думал, тем больше убеждался в правильности своего решения – и не только потому, что получил подсказку в песне на четыре голоса. В конце концов, как ещё им теперь достать красивые часы для Старины Чайника? Да и вообще хоть что-нибудь, если уж на то пошло? А если уж он в процессе ещё и окунёт в воду целую шайку невоспитанных уток – что с того? Нет, тщательно подумав, он абсолютно твёрдо уверился, что это самый умный поступок в его жизни, и точка.

А вот почему хмурится Чаша, он даже не представлял.

– Пс-с-с-ст, – прошипела она, жестом подзывая его к себе.

– Я справлюсь, – отмахнулся Чашек.

– Да, справишься, если игра честная, – шепнула она. – Но у меня смутное подозрение, что что-то здесь нечисто.

И тут киоск накренился на один борт, став похожим на тонущий корабль, ещё торчавший из воды. Даже послышался шум моря, только вместо «буль-буль», казалось, вода говорила «жуль-жуль». Солёная Борода быстро подхватил покосившуюся постройку и подсунул под неё камень – и вот она уже снова стояла прямо, а капитан расплылся в честной, невинной улыбке.

Чаша скрестила руки на груди.

– Это просто совпадение, – сказал ей Чашек и протянул капитану свой последний четвертак.

Он взял мячик, покрутил его в руке и окинул уток стальным взглядом (стальной взгляд – самый недружелюбный из всех спортивных взглядов). Но, как ни странно, утки на него даже не смотрели. Они не насмехались над ним, не дразнили, не подначивали бейсбольной болтовнёй. На вид они казались совершенно незаинтересованными в том, что происходит. Они снова играли в карты, читали газеты, курили сигары, дремали – в общем, делали всё то же, что и до его появления. Но, как ни сложно в это поверить, их полное безразличие отвлекало ещё сильнее, чем дерзкие выходки. Чашек выбросил всё это из головы и сосредоточился на мишенях. Центральная часть каждой мишени была размером с гранат и раскрашена в ярко-красный цвет – хороший питчер просто не сможет промахнуться. Проще пареной репы.

После сложного, многоэтапного размаха он бросил мячик в первую мишень. Бросок вышел идеальным, и когда казалось, что мячу уже никак не разминуться с целью…

БАХ!

Один из селезней – тот, что прятался за газетой – высунул бейсбольную перчатку и схватил его.

– Это нечестно! Он поймал мяч перчаткой! – пожаловалась Чаша.

– Перчаткой? Не вижу никакой перчатки, – соврал Солёная Борода.